Трёхлунная ночь

 – Сурово нахмурившись, он глянул на Солнышко. – Обещай мне обращаться с ней осторожно! Смотри не наступи случайно, не столкни с пандуса… и не вздумай съесть!

– Да зачем мне? Я мяса почти не ем, разве что ящерицу-другую иногда. И вообще, она такая милая.

Мысль о том, что в этой мрачной зловещей башне кто-то хочет быть с ней рядом, пускай всего-навсего воришка, очень утешала.

– Ну… – помялся Искр, – если только ты обещаешь беречь её! Цветочек, ты точно хочешь остаться?

Воришка не шевельнулась, продолжая держаться за Солнышко.

– Ладно, – вздохнул он. – До скорой встречи.

Спрыгнув с пандуса, он развернул крылья и спустился кругами к основанию башни. Заглянув через карниз, Солнышко проводила глазами полоску дневного света, которая упала из открывшейся двери и тут же исчезла. Щёлкнул запор, и железные цепи сразу показались ещё тяжелее.

Она печально обвилась хвостом и со вздохом положила голову на лапы. Воришка придвинулась поближе, достала из своей тряпичной сумочки чистый листок и принялась что-то чертить на нём кусочком угля. Солнышко с изумлением наблюдала, как, словно по волшебству, на листе проступают контуры драконьей морды – и не чьей-нибудь, а её собственной!

– Поразительно! – воскликнула она. Разве животные способны так рисовать?

Цветок подняла глаза, и её крошечные губы искривились в точном подобии драконьей улыбки. Солнышко невольно улыбнулась в ответ, несмотря на всю свою тоску. Хотя бы не полное одиночество, и то хорошо.

В следующий миг ужас вновь охватил её.

– Эй, песчаная крошка! – раздалось снизу тихое шипение. – Ты думаешь, Огонь – главная твоя забота? Ничего подобного – не она, а я! Скоро… скоро… меня освободят, и тогда все мои враги заплачут горькими слезами. Подумай об этом, когда попробуешь уснуть… о том, что я сделаю с твоими друзьями, когда доберусь до них! Как это будет увлекательно и жутко…

Солнышко зажмурилась и зажала уши, но вкрадчивый шёпот продолжал звучать в голове.

Вдруг Огонь явится прямо завтра… и сразу убьёт? Только успела встретиться с матерью, даже что с яйцом случилось, не узнала. И всё, конец.

Что, если пророчество и правда фальшивое? Нет никакой великой судьбы, а только страшная смерть – здесь. И никто не остановит войну, не спасёт Пиррию.

А самое ужасное – любимые друзья потеряны навсегда!

Глава 11

Сон всё же одолел Солнышко, и проснулась она оттого, что Цветок теребила её хвост, а Искр отмыкал цепи.

Она медленно села и потянулась, разминая крылья, которые ещё болели от долгих перелётов.

– Что случилось?

– Я подумал, что нам стоит прогуляться, – усмехнулся он.

– Ты серьёзно или шутишь? Просто у тебя такой голос… я не всегда могу понять.

Он запрокинул голову и расхохотался:

– Мне уже говорили, одна даже обижалась.