Трёхлунная ночь

 – Я уже вся извозилась в этой гадости, в чешуе жучиные лапы, а хвост… ты только глянь, во что превратился мой прекрасный хвост!

Песчаный принц насмешливо фыркнул:

– Надо было думать, прежде чем крушить ценную коллекцию хозяйки дома. – Он кивнул в угол, где в тени поблёскивало чешуёй массивное чучело. – А из-за этого ночного Огонь особенно разозлится, их не так просто добыть.

Небесная королева гневно хлестнула хвостом.

– Я и до остального доберусь, дай только освободиться.

– Пурпур, – примирительно вздохнул Искр, – ты здесь не в заточении, мы просто заботимся о твоей безопасности. В своём королевстве ты не прожила бы и дня. Сама подумай, тебе ли сейчас драться за трон с королевой Рубин.

– Это я королева небесных! Королева Пурпур, изволь меня так и называть! – Она перевела взгляд на Солнышко, затем повернула голову, чтобы приглядеться здоровым глазом. Золотистая крошка, невольно сжавшись, отступила за спину песчаного. – Я знаю этого дракончика! – произнесла наконец небесная. – Он принадлежит мне!

– Никому я не принадлежу, – нахмурилась Солнышко. – Я сама по себе!

– Я знаю, где прячется твоя радужная подружка, – продолжала королева, шагнув вперёд и натянув цепь до предела. – Как только выйду на свободу, ей конец!

– Надеюсь, никогда не выйдешь, – бросила Солнышко.

Пурпур ядовито зашипела:

– У меня есть друзья, и скоро мой день настанет!

Солнышко покосилась на Искра, но тот выглядел скорее усталым, чем встревоженным.

– Пойдём, – сказал он, – придётся лететь, иначе её не обойти. К сожалению, перевести её куда-нибудь может только сама Огонь, я не имею права.

Развернув крылья, он перелетел через голову Пурпур на ярус выше. Воришка цепко держалась за его шею. Солнышко последовала за ними с опаской, стараясь держаться как можно дальше от небесной.

Здесь, под самым потолком башни, света было меньше всего. Солнышко с упавшим сердцем заметила в углу такие же цепи, как у Пурпур. Похожие на свернувшихся кольцами змей, они ожидали новую узницу. Белый дракон поднял их, железные звенья звякнули глухо и жутковато.

Солнышко туго обвилась хвостом и глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. Подняв голову, она посмотрела тюремщику в глаза.

– Меня так обязательно надо здесь держать? – тихо спросила она.

Дракон помедлил, не выпуская цепей. Цветок взглянула на него, потом на Солнышко и решительно соскользнула на пол. Подбежала и погладила удивлённую узницу по чешуе, словно говоря: «Не волнуйся, всё будет хорошо». Будь у воришки даже хвост, чтобы обвить вокруг Солнышкиного, она не смогла бы выразиться яснее.

– А что прикажешь с тобой делать? – пожал крыльями Искр. – Ничего другого не придумывается.

– Здесь так… темно, – вздохнула Солнышко.