Украденные прикосновения

Я целую этот упрямый рот и наслаждаюсь ощущением своего члена, когда он растягивает ее внутренние стенки, пока ее киска не начинает спазмировать вокруг моей длины.

Она кричит, когда я еще глубже вгоняю в нее свой член, и это сводит меня с ума. Я выскользнул и снова вошел в нее, чувствуя, как содрогается ее тело. Я кусаю ее за подбородок и провожу зубами по ее шее.

""Я хочу, чтобы ты улыбалась мне каждый день"", — говорю я рядом с ее ухом и снова врезаюсь в нее. ""Каждый"".Толчок. ""Чертов"". Толчок. ""День"".

""Почему?"" — выдыхает она, а потом стонет, когда кончает.

Потому что мне это нужно.

Потому что каждый раз, когда она кончает, что-то происходит в моей груди. Потому что она вдыхает воздух в мои легкие и заставляет мое сердце биться.

""Потому что я тебе приказываю"", — рявкаю я, глядя на нее сверху вниз.

Она смотрит на меня несколько секунд, затем сжимает ноги вокруг меня и разражается смехом.

Я делаю глубокий вдох и вхожу в нее в последний раз, не в силах сдержать оргазм, пока я изливаю в нее недели своего разочарования. Ни на секунду я не отрываю глаз от ее улыбающегося рта.

""Ты в порядке, Cara?"" Сальваторе протягивает руку и проводит тыльной стороной ладони по линии моей челюсти.

Нет, я не в порядке. Мои ноги все еще слегка дрожат, моя киска болит, и все тело болит. Самое лучшее чувство на свете. ""Надеюсь, завтра я смогу ходить"", — говорю я и поднимаю голову с груди Сальваторе, чтобы увидеть, что он наблюдает за мной.

Я прикладываю кончик пальца к уголку его рта и слегка надавливаю вверх. Мне кажется, я никогда не видела, чтобы Сальваторе улыбался, поэтому я не понимаю, почему он, кажется, зациклился на том, чтобы я это сделала. Ранее он почти ""уничтожил сексом"" меня за это.

Сальваторе кусает кончик моего пальца, затем целует его. ""Я буду носить тебя с собой, если понадобится"".

""На спине?""

""Если ты настаиваешь""."

"Я представляю, как отреагируют его люди, и смеюсь. ""Ты такой странный, Торе"".

""Это проблема?""

""Нет. Мне нравятся твои странности"". Перемещая руку вверх, я запускаю пальцы в его волосы. ""Когда ты начал седеть?""

""Несколько лет назад. Это у нас в семейное"".

""По отцовской линии?""

""Нет. Я получил это от Иларии"". Он наклоняет голову в сторону, открывая мне доступ к своей шее. ""Я все еще помню день, когда она обнаружила первые седые волосы на своей голове.

Нашел ее плачущей в ванной. Я был уверен, что кто-то умер. Ей было двадцать девять, кажется"".

Я поднимаю брови. ""Из того, что я видела, она производит впечатление очень спокойного человека"".

""Это прикрытие"", — говорит он. ""Она очень хорошо умеет притворяться, поскольку занимается этим уже много лет. Мой отец и она были плохой парой. Я рад, что теперь у нее есть Козимо. Он делает ее счастливой, а значит, я не смогу убить его, если он облажается"".