Ужин с пантерой

– Просто даже удивительно, – ехидно сообщила Лола в пространство, – как некоторые умудрялись показывать в цирке фокусы, если вся аппаратура работала из рук вон плохо!

Маркиз лег на пол и постарался из этого положения заглянуть Лоле под коленку.

– Что ты там ищешь? – возмутилась его боевая подруга.

– Подожди-подожди, – прокряхтел он, – вот, кажется… Ну все! – Он вскочил на ноги довольный. – Ну как?

– Тянет, давит и жмет! – ответила Лола, прислушавшись к себе.

Леня для вида погладил гипс, сделал вокруг какие-то пассы и отошел.

– Все равно неудобно, – ныла Лола.

– Привыкнешь! – твердо ответил Маркиз и ушел гримироваться.

Он не хотел, чтобы в санатории запомнили его настоящий облик.

Всю дорогу в машине Лола причитала и задавала риторические вопросы, за какие грехи ей все это и чем она провинилась перед Господом нашим Богом. Поскольку никто ей не отвечал, Лола пошла дальше и заявила, что горько раскаивается в том, что два года назад при встрече с Маркизом дала себя уговорить на сотрудничество. В глубине души она надеялась, что против такой откровенной провокации компаньон не устоит, начнется перепалка и будет не так скучно ехать. Однако против обыкновения Леня продолжал хранить молчание – наверное, решил не отвлекаться, когда за рулем.

Пу И с интересом посматривал в окно и выглядел вполне довольным жизнью.

Санаторий сразу же производил приятное впечатление, хотя Лола не призналась в этом даже самой себе. Воздух был свежий, не пахло гарью, дорожки расчищены, а такого белого снега Лола не видала давно. Среди этого снежного царства деревья стояли как заколдованные великаны.

Машина проехала через ворота по широкой аллее, обсаженной высокими елями, свернула на боковую улицу, и Леня притормозил, чтобы спросить дорогу к ВИП-корпусу.

Лола открыла дверцу машины и с любопытством осмотрелась. С одной стороны располагалось пятиэтажное здание, в котором, кроме отдыхающих, помещались еще дирекция санатория и административные службы – так было написано на табличке у дверей. Хотя эту черную с золотом панель скорее можно было назвать не табличкой, а мемориальной доской – их вешают на домах и пишут, что здесь тогда-то жил и работал какой-нибудь великий писатель или академик, а дальше годы жизни и барельеф. Перед зданием была небольшая круглая площадка с лавочками по краям, в середине торчал фонтан, по зимнему времени не работающий и засыпанный снегом. В общем, не было ничего интересного, обычный санаторий. Правда, отсутствовали люди. Но Лола посмотрела на часы и сообразила, что в семь часов вечера скорее всего уже начался ужин. А потом какие-нибудь местные развлечения."

"Лола тяжко вздохнула и отвернулась. С другой стороны прямо к площадке подходил реденький лесок.