Не верь мне

Всего лишь мгновения, но я успеваю заметить, прежде чем она нацепляет на себя маску отрешённости и дерзости.

-Ты опять распоряжаешься там, где тебя не просили.

-Неа, - качаю головой. - Не буду  я с тобой ругаться.

Она упрямо вздёргивает подбородок и отворачивается от меня, но я всё равно привлекаю её внимание к себе, положив ладонь  на её колено. Помогло. Резкий поворот головы и возмущённое шипение.

-Убрал!"

"-Если объяснишь, что происходит, - упрямлюсь я, объясняя свою настырность лёгкой степенью подпитости. Хотя сам уверен, что практически трезв.

-Личные заморочки! С тобой это не связано.

-Ну а всё же?

-Серёж, ну, правда, зачем тебе это всё?

- Потому что люди должны ёлкам радоваться, а не в уныние впадать.

-Я не впадаю!

-Вижу.

-Да, не уныние ЭТО!

-Тогда что?! – не унимаюсь я, отчего-то это очень важно разобраться с её настроением, поняв, что у неё там на душе.

Оля медленно выдыхает, словно сдерживая себя.

-Ты неугомонный, да?

-Под стать тебе.

Слабая улыбка на её лице. Олька раздумывает, пристально смотря на меня, видимо, ища подвох и повод для того, чтобы соскочить. Но я его не даю, одобряюще моргнув ей и как можно более аккуратно поглаживая её колено большим пальцем руки, всё ещё лежащей на прежнем месте.

-Воспоминания, - наконец, поясняет Олька. – Нашло как-то.

Она думала, что мне будет этого достаточно, но я держу до последнего. Киваю ей, говоря – мол, давай, продолжай, я слушаю.

-Понимаешь… - начинает она и тут же сбивается, но я не тороплю. Оля подбирает слова, пытаясь выразить что-то такое, что засело глубоко внутри. – Костя когда с этой ёлкой сегодня припёрся, меня прям клинонуло. Они же с папой очень похожи. Особенно сейчас, с этой бородой дурацкой. Я папу как-то плохо помню, но воспоминания про Новый год, ёлку и всё-такое в память врезались. Он всегда приносил нам самую большую и красивую, говорил, что это Дед Мороз просил мне передать. А я верила. Дурёха мелкая. А после того как его не стало… Новый год никто не отменял. И Костя с мамой, а потом уже с Илюхой всегда тащили домой ёлку. Но уже всё равно было не то. Праздник утратил всякое волшебство.

-И сегодняшний день тебе обо всем этом напомнил?

-Ну да, - подтверждает она, закусывая нижнюю губу, отчего становится ясно, что нет, ещё не всё. И я жду, пока она решится продолжить. Олька мнётся. И я понимаю, что вот сейчас будет главное.

-Знаешь, я когда постарше была, всегда мечтала о том, что… У моих детей будет всё так же, но иначе. Что их отец… Что ты будешь приносить ёлку каждую зиму, а дети будут довольные прыгать вокруг тебя, а потом наряжать все вместе. Такое вот новогоднее чудо. А в итоге всё вышло совсем иначе.

Последнее она говорит совсем тихо, виновато опуская голову, чувствуя свою вину за лишние откровения.