Не верь мне

В итоге ребёнок надулся на меня из-за того, что я не оценила его сюрприза. А может быть, всё дело было в том, что я старалась сдерживать себя, а надо было дать волю чувствам… чтоб испугался? В памяти сразу всплыло воспоминание детсва, когда матушка один единственный раз подняла на меня руку. Я тогда, будучи мелкой соплячкой, упёрлась в гости, никого не предупредив. Искали всем двором. Нашли. Наорали. Всыпали. Ревела. Зато на всю жизнь в подкорке засело, что нельзя.

Но то ли я была более мягкотелой, то ли во мне уже всё что можно было за сегодня перегорело. Поэтому разговоры. И как факт – детская обида. Этого тоже спать уложила, лишив телевизора и сладкого. Да, я очень оригинальна.

Проверила ещё раз Аню. Температура немного спала, но лоб горячий. Она зашевелилась под одеялом, продрав затуманенные глаза.

-Всё хорошо, - шепчу ей в полумраке комнаты. – Спи.

-Мам… А папа?

-Дома уже, наверное, - вру я, не имея ни желания, ни возможности, угадывать, где сейчас Сергей.

-Как он на Кроша отреагировал?

Открываю рот… а сказать ничего не могу. Просто перемыкает и всё. Дочь по-своему интерпретирует моё состояние.

-Я ему ничего не говорила… честно. Никогда. Он иногда спрашивал… как ты. Очень отдалённо. Но я про Кроша не рассказывала.

-Почему? – еле слышно.

-Когда была маленькой, злилась, ревновала. Ты на Кроша почти всё время своё тратила, мне казалось, что любишь его больше…

-Аняяя…"

"-Знаю. Но тогда казалось так. Нам потом психолог в школе однажды рассказывала, что это нормально. Ты не подумай, я мелкого люблю. Просто… мне хотелось больше внимания для себя. А с папой… В общем мне тогда нравилось думать, что он только мой папа. Его же в первые годы после отъезда и не так много было, только по телефону.

Собственные ногти с силой впиваются в ладонь, всё, что угодно, лишь бы опять не разреветься.

-А потом?

-Потом…. Знаешь, вы с папой очень похожи. Оба морозиться начинаете, он тоже замыкается, когда ему про тебя говоришь и… наоборот.

-Не повезло тебе с родителями, - грустно усмехаюсь я.

-Да, нет. Нормально. Я вроде как не жалуюсь… Просто. Просто может быть стоит ему уже про Кроша сказать?

-Он уже сам всё понял, - еле выговариваю я, чувствуя, как собственный язык меня подводит.

-И что?

-Не знаю.

Дочь с недоверием смотрит на меня.

-Ань, правда, не знаю. Мы…

-Поругались?

Растягиваю губы в подобии улыбки. Всё-таки у меня очень догадливый ребёнок.

-Скорее да, чем нет.

-Наверное, это к лучшему…

Молчу. Потому что не знаю и боюсь своего же незнания и отсутствия всякой возможности предугадать события.

-Знаешь, мне кажется, что он захочет быть его папой.

Задумчиво киваю головой, не в состоянии никак это прокомментировать.

-Обязательно захочет, - продолжает Анютка. И я слышу в её голосе… надежду.