Жена на продажу, таверна на сдачу (СИ)
Умерев в своём мире, я попала в тело молодой женщины, муж которой продает ее на базаре за долги, словно корову! Теперь я не отличница и не выпускница элитной кулинарной академии. Я бесправная нищенка. И цена мне два серебряных. Меня выкупил хозяин зачахшей таверны себе в помощницы. Муж бросил и уехал налаживать новую жизнь. Единственное, что я умею – это хорошо готовить. И мне придется хорошо потрудиться, чтобы выжить самой и выбраться из постыдного рабства. А также найти свое место в этом странном мире. И, вероятно, свою любовь.
— Тогда вы управляйтесь здесь, а я пойду… и поработаю в другом месте, — сказала я. — Вернусь ночью, думаю.
— Хорошо, — ответил Карл. — Возьмешь с собой ужин? Вдруг проголодаешься?
Он более чем заботливо собрал для меня корзинку, поставив туда горшочек с тушеным мясом и миску с салатом, прикрыв ее ломтями хлеба.
Пока Тильда убирала посуду, а Бъёрн носил воду, я накинула плащ, взяла корзинку и проскользнула в комнату Карла.
Из тайника забрала золотую монету, крепко зажала ее в кулаке. Вступила в круг и только и успела, что вымолвить «Иду!», как меня перенесло в Белый Город.
Я оглянулась — это был все тот же покинутый пыльный тихий дом. Он так и стоял нетронутым; и, разумеется, в нем полно было работы, да и о посетителях говори было рано.
Но я знала, зачем рвалась сюда.
Я отела пораньше увидеть Феланора. Он ведь скоро прибудет в город!
И сердце мое замирало в предвкушении встречи.
***
В Белом Городе все было все так же празднично и шумно.
За стенами таверны слышны были музыка, смех. Горожане ждали своего правителя.
И я тоже.
Начать уборку я решила с зала. Комнаты, кухня — этого посетители не касались и не видели.
Здесь убираться было не в пример легче, чем в таверне Якобса.
Уж не знаю, чем он так умудрился ее заляпать, но даже в пустующем много лет доме не было такой грязи. Много пыли, да, паутины. Но не отвратительной зловонной жижи, не копоти и жира, которыми были заляпаны даже столы в таверне Якобса.
— Что ж ты за существо такое, Якобс, — пыхтела я, сметая веником мусор из углов. — Все испоганит одним своим присутствием!
Комнату под лестницей, подобие моей спальни, я привела в порядок первой.
Перетряхнула всю постель, выколотила одеяло, вымела полы.
Эта комнатка была такой крохотной, что я с ней провозилась всего час. А потом долго, долго сидела на постели, вдыхая запах чистоты и свежести, и аромат цветов, льющийся из раскрытого окна.
У меня было ощущение, что я вернулась домой.
Очень странное чувство, учитывая то, что в Белом Городе Адель, скорее всего, никогда не бывала…
Затем я приступила к уборке.
Воду я брала в колодце во дворе. Красивое место! Над колодцем росли цветущие деревья, и когда дул ветер, казалось, что идет снег из осыпающихся бело-розовых лепестков.
Столы я отмыла первыми. Поливала щелоком и скребла щеткой до скрипа, пока они не заблестели.
И оказалось, что они сделаны из благородного беленого дерева с черными и алыми прожилками. Очень красиво. По-эльфийски изысканно!
Стекла здесь были витражные, из светлых голубых, зеленоватых стекол.
Это я выяснила, когда смахнула пыль с окон.
Их отмыть было сложнее.
Ветер и дождь сделали окна снаружи серыми и шершавыми.
Я мыла их с величайшей осторожностью, чтоб не выдавить ни стёклышка.
Несколько раз меняла воду.














