Жертвы осени

Так вот, скорее всего, это он тогда в Вольске и порезвился… В общем, давай я к тебе подскочу часика через три-четыре, без лишних ушей всю базу сдам, так сказать…

Колесников дотянулся до пачки сигарет, закурил, сделал еще глоток, чувствуя, как зашумело в голове:

– Слушай, Иваныч, а заодно, раз уж поедешь, еще вопросик у меня есть… личного, так сказать, порядка… Сделаешь?

– Ну, говори. – Расчет был верный: почувствовавший себя слегка неправым Иванютин теперь согласен был на любые услуги, лишь бы Тимофей не передумал. (21f79)

– А добыл бы ты мне информацию на гражданку Пестову Людмилу Витальевну.

– Погоди… на Милку, что ли? – удивился Иванютин. – А чего вдруг?

– Ты добудь, а я там решу чего. Все, до вечера. – И Колесников положил трубку.

Пальцев остров, полгода назад"

"Единственной достопримечательностью, если можно так выразиться, этого острова была тюрьма, и она же являлась основным местом работы всех местных жителей. Тюрьма же обеспечивала весь остров хлебом из собственной пекарни.

Небольшой, довольно старый паром был единственным транспортным средством, связывавшим остров с ближайшим населенным пунктом.

На пароме привозили продукты, на нем же, но спецрейсом доставляли новых «квартирантов», как называли здесь осужденных на длительные сроки.

Васёна тоже прибыла на остров на пароме. Всю тридцатиминутную дорогу она простояла на палубе, кутаясь в прихваченную из дома теплую шаль: намотала ее на голову и плечи, а руки в перчатках поглубже засунула в рукава дубленки.

«Спасибо Ромке, что отобрал куртку в последний момент, – с благодарностью думала она, глядя на темную мутноватую воду.

 – Сейчас бы уже насмерть замерзла».

Васильев, приехавший, чтобы проводить ее на вокзал, в буквальном смысле содрал с Василисы кожаную куртку и решительным жестом вынул из шкафа дубленку:

– В-вот! И даже не м-мяукай! З-зима!

– Ну я же не на улице с ним разговаривать буду! – отбивалась Василиса, но Роман был настойчив:

– А до острова т-ты как п-планируешь д-добираться? Там в-вроде п-плыть еще п-паромом минут сорок. А это з-зима, напоминаю!

Сообразив, что спорить бесполезно, Василиса дубленку надела и теперь посылала мысленно тысячи благодарностей будущему мужу.

Назвав его так про себя впервые, Васёна очень удивилась непривычному звучанию. Роман сделал ей предложение в лучших традициях романтических фильмов: с кольцом в красной бархатной коробочке, с проникновенным в Ромкином исполнении «Ты выйдешь за меня?», которое жених умудрился произнести даже без заикания, – словом, всё как рисуют себе в мечтах молоденькие девочки.