Жертвы осени

Васёна, конечно, согласилась, но заявление они договорились подать после того, как она вернется с Пальцева острова, на этом настоял Роман:

– Не х-хочу, чтобы ты в-вместо с-свадьбы думала об этом В-вознесенском. Вернешься, м-материал с-сдашь – и б-будем заниматься с-свадьбой.

«Похоже, я не прогадала, согласившись, – подумала Васёна, потрясенная такой тактичностью и уважением к ее работе. – Уж что-что, а работать мне Ромка никогда не запретит».

На небольшой, занесенной снегом пристани ее встречали – молодой лейтенант напряженно вглядывался в лица немногочисленных пассажиров парома, сходивших на берег.

Василиса поправила на плечах лямки рюкзака и направилась к лейтенанту:

– Добрый день. Вы, случайно, не меня ждете?"

"Он смерил ее недоверчивым взглядом – видимо, иначе представлял себе журналистку, но Васёна вынула из кармана удостоверение и протянула лейтенанту.

Убедившись, что перед ним та, кого он ждал, молодой человек козырнул:

– Лейтенант Макеев. Прибыл, чтобы сопроводить вас до места назначения.

– Очень приятно, Василиса. А мы сразу в тюрьму поедем?

– Начальство распорядилось сперва в гостиницу и подождать там.

– Чего подождать? – удивилась Васёна.

– Ну как… – чуть смешался лейтенант. – Вы же с дороги… поезд, паром, то-сё…

– А-а! Да, конечно… Извините. Я в поезде почти не спала, туговато соображаю.

– Давайте рюкзак, на вас же смотреть больно, – сбился с формального тона лейтенант и протянул руку к большому Василисиному рюкзаку.

Она с нескрываемым удовольствием позволила забрать тяжелую ношу и даже потянулась:

– Ох… плечи затекли… Скажите, а как тут люди от пристани добираются?

– Ну, вообще-то автобус подходит по расписанию парома.

– А паром часто ходит?

– Зимой три раза в неделю, в остальное время – каждый день.

– Один раз?

– Да. У нас ведь тут все свое, разве что вот привозят продукты, почту, медикаменты в больницу.

Они обошли старенькое здание и оказались на небольшой парковке, где Васёна сразу увидела «уазик» защитного цвета.

– А остров большой вообще? – спросила она, усаживаясь на переднее сиденье.

– Смотря для чего. Если для обычной жизни, то маловат, конечно, хотя все тут есть, даже лес. А для тюрьмы – в самый раз. Знаете, как тюрьму здесь называют? «Пальцевский острог».

– Интересно… а как вас зовут?

– Александр, – чуть покраснел лейтенант. – Можно просто Саша.

– Вы давно тут служите, Саша?

– Третий год.

– И как?

«Уазик» тем временем вывернул на узкую дорогу, идущую через довольно густой лес. По краям высились сосны, верхушки которых уходили в самое небо, и Василиса вдруг представила, как, должно быть, тут красиво летом.

– Нормально. Я, если честно, думал, что будет намного хуже. Но нет – вполне обычная жизнь.