Злодейка чужого мира (СИ)

— Будь осторожна, мастер, — шепнул Слуга.

Был ли у этого пожелания подтекст? Кто знает. Благодаря снам, приходившим к Ясмин каждую ночь, перед ней открывались новые архивы знаний. И этот лабиринт мог пройти только человек, чьи мысли чисты и прозрачны, как горная речка, в который виден каждый камень, ребристый ил, рыбка, блестящая чешуей на солнце… Ясмин усилием воли расслабила ум, заставляя мысли течь вдоль длинной зелёной травы с сахарным блеском на тонких сгибах, песка, лежащего мелким оранжевым рисом, просыпанным на дороге неровными сухими лужицами. Вдали мелькали высокие можжевельники, похожие на кучку клириков в зелёном монашеском облачении, и она вбирала их взглядом, оставаясь в настоящем моменте. Не вспоминать о прошлом, не думать о будущем, оставаться внутри той секунды, когда делаешь вздох. Ей потребовалось семь лет, чтобы научиться этому. За фигурами можжевельников маячила освободительная белизна, когда можно будет…

Этой ночью Ясмин к ней не приходила, но она все равно видела сон.

***

Ее привезли из Чернотайи, когда ей исполнилось десять, на два года позже для начала развития дара. Семеро мастеров долго перебирали детей, сутками проводя тесты, испытания, заставляя заполнять стостраничные диагностики и требуя погружаться в глубокую медитация вплоть до истощения.

Ясмин страшно боялась, что выберут не ее и в то же время боялась, что именно ее и выберут. Она была девчонкой, самой слабой из шестерых и к тому же взятая собственной семьей из милости.

Сестру отбросили ещё в самом начале — ей было девять, и она уверено демонстрировала способности будущего Бойца. Сильный цветок им не подходил. Брата забраковали в самом конце, и тогда Ясмин не знала почему. Он был старшим и ужасно слабым. В семье его звали Мечтателем. Детей от побочной ветви Бересклета мать сказала ей не считать, поэтому их она не опасалась. Смешно, но все происходило именно так, как она им рассказывала — ещё до того, как к ним пришли мастера, чтобы взять семя тотема, согласно законам Варды."

"Ясмин не знала, рассказывала ли мать об этом ее сестре и брату, но однажды она пришла в ее комнату и сказала, что они будут заниматься. Заниматься, как и обычно, но только неправильно. Ясмин должна будет делать ошибки. Она будет заполнять тест до тех пор, пока количество верных и ложных ответов не сравняются. Мать учила ее медитации, которую нужно прервать на середине, заставив себя вынырнуть из искристой синевы и пожаловаться на рассеянность. Писать быстрым и небрежным почерком, заполняя тест, и застывать мечтательно уставившись в небо и перебарывая концентрацию.

С диагностикой пришлось сложнее всего — мать не учла новейших разработок, но Ясмин действовала по наитию. Она должна была быть хороша лишь на пятьдесят процентов.