Жизнь за жильё
1994 год. После продажи квартир в центре Санкт-Петербурга исчезают бывшие владельцы жилья. Районные отделы милиции не могут возбудить уголовное дело — нет состава преступления. Собственники продают квартиры, добровольно освобождают жилые помещения и теряются в неизвестном направлении.Старые законы РСФСР не действуют, Уголовный Кодекс РФ пока не разработан. Следы «потеряшек» тянутся на окраину Ленинградской области. Появляются первые трупы. Людей лишают жизни ради квадратных метров…Старший следователь городской прокуратуры выходит с предложением в Управление Уголовного Розыска о внедрении оперативного сотрудника в преступную банду.События и имена придуманы автором, некоторые вещи приукрашены, некоторые преувеличены. И многое хорошее из воспоминаний детства и юности «лихих 90-х» поможет нам сегодня найти опору в свалившейся вдруг социальной депрессии экономического кризиса эпохи коронавируса…
Летняя погода восстановилась окончательно, солнце отражалось от окон и разнообразных крыш исторических домов. Тимур тяжело вздохнул, а челябинский опер Рома с чувством произнёс:
— Ляпота!
— Кантемиров, запоминай картинку. Лет десять точно не увидишь, — от всей милицейской души посоветовал уральский опер Саша, просветлённый великолепным видом центра культурной столицы, и вернул бывшего пожарного на землю. — Да и, вообще, у тебя две статьи расстрельные.
— Сейчас к стенке не ставят. Мораторий, — думая о своём, наболевшем, возразил задержанный.
— И всё ты знаешь…, — ухмыльнулся оперативник в чёрных кроссовках.
Тимур вздохнул ещё раз. И ему было о чём думать. Мозг работал напряжённо. Шикарная картина за окном напомнила оперативнику, что граница Адмиралтейского района и, следовательно, территориальные полномочия местного УВД как раз проходят по железнодорожным путям Витебского вокзала. Дальше идут владения УВД Центрального района. Новый сотрудник Кантемиров за последние две недели успел примелькаться в своём районном управлении — и в форме, и по гражданке. И успел влиться в сплочённый коллектив местного уголовного розыска.
Вот только куда повезут? А если в ИВС родного Адмиралтейского управления? Тогда пипец всей операции и обещанной комнате в центре города с постоянной пропиской. Надо что-то делать… Бежать? Челябинские опера, хотя и мужики здоровые, но со спортом явно не дружат. Еле поднялись на этаж в общаге. В отличие от жильца этого общежития, который постоянно поддерживал свою спортивную форму в спортзале пожарной части и каждое утро бегал вокруг посёлка.
Тимур вспомнил отточенные и быстрые движения сержанта с автоматом после подсечки забуревшего практиканта. С парнями из СОБРа лучше не рисковать. Себе дороже… Вот только интересно, почему он не получил ответку за упавшего курсанта милиции? В своём отделе, за такую борзоту, точно бы прилетел удар стволом в печень.
Размышления Кантемирова прервал голос старшего следователя челябинской областной прокуратуры:
— Заходим в кабинет.
Втроём — задержанный и конвоиры — разом оторвались от прекрасного вида за окном и повернулись в сторону лестницы. Байкеев шёл по коридору с дипломатом в руке и сверял на ходу номер бирки на связке ключей с номерами кабинетов.











