Жизнь за жильё

Надо же, какой культурный человек? И сам Студент в своё время сочинение писал на вступительных экзаменах в университет именно по этой книжке.

Лёха, он же Спикер, хлопнул новичка по плечу, подтянулся к своей «пальме» и с загадочным видом вытащил и продемонстрировал финский нож, искусно изготовленный в натуральную величину из хлебного мякиша. Чем ещё раз подтвердил свою кличку и удивил Тимура до глубины души. До чего же эта игрушка была похожа на его изъятую финку…

Студент с восхищением и бережно, что бы не сломать, взял правой рукой за ручку макета, пальцами левой провёл по воображаемому лезвию и сообщил мастеру по ножам:

— Мусора на обыске в общаге такую же финку изъяли. Жаль очень. Хороший человек подогнал…

Спикер улыбнулся. Молодому бандиту пришлась по душе реакция новичка, и он только хотел что-то ответить, как раздался скрежет замка. Сиделец быстро приподнял матрас на втором ярусе и бросил в щель нож из хлеба. Молдаванин снял очки и положил книгу рядом. Все в камере повернули голову в сторону двери, которая открылась, и в хату степенно, всё в том же чёрном спортивном костюме и белых кроссовках вошёл хмурый Савелий Симонов. Он же смотрящий с погонялом Сева. Дверь захлопнулась, вошедший поднял голову и заметил Тимура. Улыбнулся, сделал шаг навстречу и протянул ладонь.

— Студент! Когда подняли?

— Сразу после твоего ухода, — доложил Молдаванин, выглядывая из своей ниши. — Что-то быстро тебя вернули?

В камере стало ещё тесней. Восемь квадратных метров, рассчитанных на одного человека, заняли семеро зеков. И эта плотность населения ещё не достигла тюремного предела. Рекорд следственного изолятора «Кресты» остановился на восемнадцати арестантов в восьмиметровой камере, где люди были вынуждены томиться в ужасающей тесноте и спать на нарах поочерёдно. Матрасы стелили и под нижней шконкой. Четыре яруса с одной стороны и четыре — с другой. Многие из подследственных не выдержали испытания «Крестами» и отправились из них прямиком на кладбище. Про «не воруй» мы уже говорили…

Сева посмотрел вниз на сокамерника:

— Я в отказ пошёл. — Затем махнул рукой, приглашая новичка присесть на свою шконку: — Падай сюда.

Тимур сел и вытянул ноги. Смотрящий поднял голову и повысил голос:

— Так, бродяги, слушаем сюда. Студент остаётся в хате. Будем решать с местом. — Сева взглянул на новичка. — Рано тебя подняли. У нас через два-три дня Кныш по этапу уходит, и с вертухаями базар такой был, что тебя поднимут послезавтра. Поспешили они…

Главный вор задумался, камера молчала. Дисциплина и порядок в хате… Сева хлопнул ладонью по своей голове:

— Забыл совсем. Студент, с твоей сотни полтинник остался. В матрас вшит.