Жизнь за жильё

Два шага туда, два обратно…

— Есть у нас к тебе одно предложение, — Гамлет Самвелович пристроил за спиной подушку и откинулся назад. — От которого будет сложно отказаться. Но, вначале я бы хотел послушать про немецкого авторитета из Дрездена. Сева немного поделился твоими былинами. Хотелось бы подробней услышать от тебя. Пей кофе, Студент.

Тимура удивил резкий переход разговора с уральской темы на столицу Саксонии с её уголовным миром. Засекреченный лейтенант милиции готовился совсем к другим вопросам. О работе в пожарной части, например. Всё же система МВД… Или о досуге после закрытия пожарки. Чем он занимался прошедшие восемь месяцев? А тут захотели услышать про немецких уголовников. Ну, что же… Нам есть, что вспомнить, и воспоминания будут приятными сами по себе… Молодость, однако…"

"Бывший прапорщик начал с драки с местными уголовниками за дрезденским вокзалом, затем перешёл на рассказ о неудавшейся стрелке советских старшеклассников с немецкими пацанами. Под конец подробно рассказал о встрече с местным авторитетом в пригороде Дрездена.

Томившийся в «Крестах» русско-армянский вор слушал внимательно и хохотнул при упоминании о награждении Кантемирова немецкой медалью.

После рассказа помолчал с минуту и спросил:

— Этот немецкий авторитет Ганс — серьёзный человек?

Тимур взял паузу, также как при вопросе о Путилове. Поднял голову и ответил:

— Серьёзный дядя. После того как я вернул нож и дал правильные показания, у наших школьников не было никаких проблем с немецкими пацанами. Потом часто вместе в футбол играли. На пиво.

— Немецкий знаешь?

— Владел разговорным. Стал забывать. Нет практики, — пожал плечами Тимур.

— Будет тебе практика, если согласишься поработать с нами.

— Не понял.

Гамлет Самвелович оторвался от подушки у стены, сел прямо и сказал:

— А теперь, Тимур, слушай меня внимательно. Я же тебе сказал, что мы знаем твою биографию, и нам известно, как ты сюда попал. И не смотря на тяжесть статей, ты скоро спрыгнешь с делюги. Если не на следствии, то на суде точно… И ты, Студент, так и останешься для нас фраером залётным. Ты не наш, — авторитет перечислил доводы, глотнул чая и внимательно посмотрел на молодого арестанта. Кантемиров молчал и слушал. Вор кивнул. — И с точки зрения нашей идеологии, ты, как бывший военный, взявший в руки оружие по контракту, вообще для нас нежелательный человек… Тем более, с юридическим образованием. Тимур, ты никогда не станешь таким как я, или как Сева.

— Да я и не стремлюсь, — удивился собеседник. — Это не моё.

— Тогда что твоё?

— Не знаю, — искренне ответил молодой человек, оказавшийся вдруг залётным фраером, и тяжело вздохнул.

— Вот мы и предлагаем тебе определиться.