Жизнь за жильё

"

"— Господин советник юстиции, я предвидел этот вопрос, оторвался от всех служебных и личных дел и приготовил для вас свой секретный отчёт в письменном виде, — старший оперуполномоченный подвинул листы в сторону надзорной инстанции и добавил: — Алексей, это только мои записи, которых не должно быть в деле.

— Понял. И вот за это большое вам прокурорское спасибо.

— Ваше «спасибо» совсем не булькает, — опер заглянул в стакан, взболтнул и допил остатки сока.

— Посадим злодеев на скамью подсудимых — с меня причитается. Даю твёрдое прокурорское слово. А ты, Вася, подари мне сейчас свою папочку.

— Обнищала прокуратурка. На ходу подмётки рвут.

— Мы же не проверяем канцелярские магазины на предмет хищения чужого имущества.

— И это опять гнусный намёк на целого майора милиции. И кстати, господин хороший, сегодня ваша очередь рассчитываться за обед.

Друзья рассмеялись и одновременно осмотрели зал в поисках официанта. Забит появился из глубин заведения с готовым счётом (минус десять процентов) и рассчитал дорогих гостей. Сытые и довольные старший следователь прокуратуры со старшим оперуполномоченным милиции вышли из дверей заведения.

Хотя весна на северо-западе подходила к концу и светило почти летнее солнце, со стороны Финского залива дул приличный прохладный ветер. Обычная погода для культурной столицы нашей необъятной Родины. Хорошо, что дождя не было… Василий Петрович, застёгивая ветровку, окинул взглядом Фонтанку от Египетского моста и до Английского мостика и предложил товарищу:

— Палыч, давай к речке спустимся. Когда ещё такой день будет?

— Согласен, коллега. И хотелось бы ещё услышать твоё мнение по поводу теперь уже нашего общего дела, — ответил советник юстиции и, прижав подаренную папочку к груди, первым резво перебежал проезжую часть в неположенном месте. Плащ развевался за спиной прокурорского работника, как крылья большой белой птицы. Опер рванул следом. Друзья спустились к небольшому историческому причалу и встали лицом к солнцу. Вниз ветер почти не попадал. Тихо и тепло… Только доносился гул от машин, проезжающих над головой по набережной Фонтанки. Майор милиции повернулся к товарищу.

— Алексей, сдаётся мне, что в обоих районах работает одна и та же группа. Один почерк: вначале перекидывают квартиру на своего человека, снимают бывшего хозяина с прописки, выжидают несколько месяцев и потом перепродают по рыночной стоимости. И всё законно и грамотно — без поддельных паспортов и фальшивых доверенностей. И пока без трупов.

— А зачем выжидают паузу для получения основных денег? Продавали бы сразу, раз собственники сами всё подписывают.

— Последний покупатель получается самый порядочный в цепочке и, скорее всего, даже не подозревает о первом пропавшем владельце.