Звёздный камень

– Значит, тебе до сих пор не доверяют, – заметила Софи.

– Не до конца. Но Финтан никому не доверяет. О его планах почти ничего неизвестно, и каждый получает по одной задаче за раз. Так что мы – просто расходный материал.

– Жуть какая, – пробормотала Софи. – Учитывая, что он сотворил с твоей матерью.

Киф пожал плечами.

– Они уже пытались спасти ее? – спросила она.

– Не знаю, не спрашивал. Я изначально им не поверил. Сами посмотрите, как они бросили Гетена. Сколько месяцев он уже в плену? И что, они пытаются его освободить?

– Сначала пытались, – напомнила Софи. – Пока Шквал не отморозила ему ногти.

А теперь он в Люменарии, куда невозможно прорваться.

– Может быть, но я ни разу не слышал разговоров о его спасении. А когда спросил об этом Алвара, тот ответил, что Гетен там, где ему самое место.

Фитц с Софи переглянулись.

– Что такое? Хотите его навестить?

– Мы над этим работаем, – призналась Софи.

– Ну… Я бы ни на что не рассчитывал. Они думают, что ему место в плену. Видимо, он бесполезен.

– Надеюсь, ты ошибаешься, – тихо сказала Софи. – Другого плана у нас нет.

– Эм, привет, у вас есть я. Понимаю, вчера я слегка оплошал, но я все еще пытаюсь достать тайник Финтана.

Я заслужу его доверие.

– Этого-то я и боюсь, – пробормотала Софи. – У доверия есть цена.

– Возможно, ты права. Но я знаю, на что готов пойти. У меня есть черта. Я ее не переступлю.

– Было бы куда легче поверить, если бы ты показал, чем занимаешься, – вернулся к своим требованиям Фитц.

Киф уже хотел было возразить, но затем посмотрел на Софи.

– Очень хочешь знать, да?

Она кивнула.

Волна врезалась в скалы, отчего шелки залаяли так громко, что чуть не перекрыли голос Кифа.

– У тебя пять минут, чтобы посмотреть мои воспоминания – но без Чудо-мальчика.

– С чего это ты доверяешь только ей? – поинтересовался Фитц.

– С того, что она не хочет мне врезать. Договорились? – он протянул Софи ладонь."

"Та шагнула вперед, чтобы ее пожать, и скривилась, наступив в чернильную лужицу.

– Чудесное место ты выбрал, кстати.

– Эй, я же говорил, что в моем плане побега фигурирует куча шкур шелки.

– Говорил. Но я думала, что ты несерьезно.

– Я всегда серьезен, Фостер. Особенно когда ты думаешь, что я шучу, – он кашлянул, не глядя ей в глаза.

 – Не забывай, пять минут, не больше.

Софи коснулась его висков, и он отпрянул.

– Ты что, краснеешь? – удивился Фитц.

– Потому что знаю, что чувствует Фостер, – огрызнулся Киф.

Софи закатила глаза.

– Ничего я не чувствую.

А может, она чувствовала слишком многое.

Страх, ужас, сомнение, тревогу. А еще – надежду.

Повременив три секунды, она собралась с силами и сосредоточилась на шуме волн, затмевая им прочие звуки. А затем закрыла глаза, втянула в себя прохладный соленый воздух и скользнула сознанием в разум Кифа.