Диверсионная команда

Да, Талащицкий знал об этом, сам подписывал рапорт полковника с просьбой разрешить участвовать бригаде в крупномасштабной операции МВД, направленной против осетровой мафии.

— А коньяк где взял? — поинтересовался Талащицкий. — Устроил налет со своими головорезами на суверенное государство Азербайджан?

— Коньяк из моих личных запасов, — почти обиженно буркнул полковник Г амбаров.

— Ну, тогда наливай.

Выпили, закусили.

— Так какие тебе люди нужны, Володя?

— Мне нужны трое-четверо афганцев, специалистов по ликвидации. Снайперы, саперы, пулеметчики и тому подобное.

К тому же нужен старший группы — афганец или наш, только чтобы был опытный.

— А четверых хватит?

— Мы их усилим такой же группой «терминаторов».

— Место действия?"

"Другому бы генерал не сказал, но Тимуру ответил правдиво: «Кабул». Глаза Гамбарова вспыхнули азартным огнем, но, справившись с эмоциями, он спросил:

— Я могу возглавить группу?

— Нет, — буркнул Талащицкий. — Ты должен руководить здесь, а мне нужен кто-то помоложе.

— Хорошо, — вздохнул полковник, снова наполняя рюмки. — Я представлю тебе несколько кандидатур, сам выберешь.

..

Рано объехал злачные места Кабула, пытаясь отыскать диверсантов, хотя прекрасно понимал, что спецназовцы прибыли в Кабул не на танке и, естественно, не с погонами «СА». Для того чтобы отыскать группу, надо иметь зацепку, а ее-то у «крота» как раз и не было.

С восемьдесят шестого года латиноамериканский исламист Рано Турхамадин рвался помогать своим братьям по вере на далекой родине, в Афганистане. Приехав в Пакистан, Рано где деньгами, а где и просто пламенной речью помогал воюющим повстанцам. Дважды с караваном переходил границу, привозя медикаменты и продовольствие страдающим от бомбардировок дехканам из мятежных районов.

Пламенные речи Рано достигли слуха «нужных ушей», лидеры оппозиционных отрядов привлекали его на свою сторону, обещая всякие блага. Но Рано не влезал в политику, говоря, что он «всего лишь слуга Аллаха» и его долг помогать единоверцам. Скромность в сочетании с бурной деятельностью сделали свое дело, на Рано обратил внимание сам лидер Исламского общества Бархунадин Раббани. Однажды доктор Раббани пригласил к себе в ставку Рано Турхамадина. Богобоязненный старец долгое время говорил о борьбе против русских захватчиков.

— Если каждый мусульманин убьет по русскому, война закончится через месяц, — говорил доверительно Раббани.

Слушая его, Рано улыбался и кивал, про себя думая: «Если бы так ставили вопрос в Кремле, с вами было бы покончено за две недели».

Но в ответ он говорил:

— Я купец, мое дело купил, продал. Деньгами помочь страждущим я могу, а вот воевать нет.

Подобный ответ очень понравился будущему президенту Афганистана.