Фиалки на десерт

Она дошла до книжного, долго бродила между стеллажей и наконец купила две книжки – детектив и женский роман. Оба обещали «неповторимую прелесть и нежность зрелой любви» и «острую, непредсказуемую интригу» – как раз то, что ей было необходимо.

Когда вышла на улицу, повалил густой и обильный снег – он смачно, со звуком, плюхался на плечи и платок и тут же стекал крупными каплями – по пальто и лицу.

Леля забежала в кафе и поймала испуганный взгляд гардеробщицы и охранника – снег, сбитый с одежды и обуви, тут же превратился в маленький и плотный сугроб – во дела!

Извинившись, она быстро прошла в полутемный и уютный зал – надо было непременно согреться и обязательно что-нибудь выпить и съесть.

И только когда она с удовольствием ела густой и вкуснейший крем-суп из грибов, стало понятно, что только сейчас начало отпускать. Совсем чуть-чуть, слегка, совсем немного. Свинцовая плита, не дававшая вздохнуть глубоко, полной грудью, словно начала подтаивать – как сброшенный снег со снятого пальто."

"Леля отогрелась, отдышалась, чуть пришла в себя. Она давно съела суп и просто сидела, уставившись в окно. Тихо играла музыка, и сладко пахло фруктовым кальяном.

Выбираться на улицу, где по-прежнему, даже с удвоенной силой, валил снег, было совсем неохота. Но глянула на часы и вздохнула: пора вызывать такси и двигаться к дому. Что ж, и на этом спасибо! Короткая передышка – уже хорошо.

Она достала телефон и увидела пропущенные звонки – целых три, и, конечно, от мужа! Но решила позвонить из дома. Сейчас не хотелось – уж простите. Сейчас просто необходимо, обязательно нужно было побыть одной.

Снежная улица была желтоватой и розовой от света фонарей и реклам. Было светло, печально и очень красиво.

Леля подумала, что совсем скоро приедет домой и откроет дверь в свою квартиру, где будет совсем тихо и грустно. Так грустно и одиноко, что ей снова захочется плакать. Пустой дом… Как это страшно – пустой дом и одиночество. Она тряхнула головой, сбрасывая наваждение. Глупость какая! Глупость и бабья истерика! Разве она одинока? Да чушь! У нее есть дочь и муж! Да, пока все далеко. Но это пока! Временные обстоятельства. У нее есть семья – это главное! Семья!

У нее есть семья? Почему она в этом сомневается? Все. Закрыли тему. Настанет день – непременно настанет! – когда все вернется на круги своя.

Будет здоров Виктор, приедет домой Катька! И все сядут за круглый обеденный стол.

Убеждала себя, а вот верилось ли? Нет, с мужем – понятно – все будет именно так, она и не и сомневалась. А вот дочка… Сама виновата! Хотела ей жизни полегче и поспокойнее – вот, получи! Родитель всегда виноват. Хочешь благо для дитяти – отпусти и плати одиночеством. Или – пришпиль к своей юбке и казнись пожизненно, что судьбу его, родного дитятки, сломал своим эгоизмом.