Фиалки на десерт

Ну, может быть, судьба наконец смилостивилась? Сменила гнев на милость? И черная, как мазут, как сажа, как уголь, полоса наконец отступила? И вот забрезжила белая? Такая… зыбкая, ненадежная, прекрасная и долгожданная? Да пора уже, да! Сколько ж можно?

Леля ехала по белому городу, ставшему в одно мгновение самым прекрасным, загадочным и светлым. Ехала и мурлыкала знакомую песенку.

В офис? Да! Пора, мой друг, пора! Хватит! Давай-ка работай, родная! А то, ишь, все небось распустились. Хозяйки нет – нет и порядка! И вообще – она там нужна для поддержания боевого духа.

«Помирать нам рановато, – пелось в хорошей песне, – есть у нас еще дома дела!»

Так и доехала – с песнями и прибаутками. В офис вошла строгая, собранная, сосредоточенная – и очень уверенная в себе. Успешная женщина, хозяйка приличного бизнеса. Мать и жена. И все у нее хо-ро-шо!

И все встрепенулись, зашушукались, засуетились – началось движение, все всколыхнулись. И в глазах их читалась надежда – ну, раз она, наша Лариса, подобралась, значит, не пропадем!

К вечеру зашла Юлечка, принесла кофе и поделилась маминым бутербродом – на этот раз с домашним сыром.

Долго и робко жалась у двери.

– Что, Юлечка? Что-то еще? – спросила Леля.

Юлечка совсем растерялась, покраснела и тихо спросила:

– Новый год, Лариса Александровна! Что будем делать? В смысле – елку там наряжать… Подарки… Собираться, конечно, не будем? – то ли спросила, то ли констатировала она и грустно добавила: – Не до сборов, конечно.

Леля пару минут молчала. Раздумывала, а потом улыбнулась и сказала:

– Так, Юль! А почему, собственно, нет? Что, закончилась жизнь? Премий и бонусов, конечно, не будет – это понятно.

А вот легкий фуршет и подарки… Совсем просто, как ты сама понимаешь. Стол без излишеств, без всякой там рыбы, икры, французских пирожных. Скромно и вкусно – домашние пироги, салатики всякие. Может, сами, а? Как думаешь – справимся? Делали же когда-то! И было вкуснее, чем готовые деликатесы!

Юлечка обрадовалась, порозовела и закивала:

– Да, да! Конечно, Лариса Александровна! Вы правы! Так даже лучше – все домашнее, все свое! Я маму попрошу – вы же знаете, она с большой радостью! И пирогов напечет, и гуся с яблоками сделает! А салаты пусть девчонки нарежут.

Подумаешь, сложность!

Леля кивала.

– А вот с подарками – что? Можно, я подумаю?

Леля милостиво разрешила.

Уходя, довольная Юлечка обернулась."

"– И елку, да? Надо достать и нарядить?

– Ну, разумеется! Как же без елки? Все-таки главный праздник! Главный и самый любимый.

Жизнь продолжалась.

«Все-таки я неисправимая оптимистка, – с грустью подумала Леля, – или неисправимая дура».

А вечером позвонила Галочка и сказала, что Виктору стало хуже.