Фиалки на десерт

Почему они туда переместились, Миша объяснить не смог: «А какая разница, Тань? Воздух везде!»

Да, воздух везде, я согласна! Но в том самом дворе чинили теплотрассу и работали какие-то приборы – что-то долбили, что-то копали – в общем, шумели зверски и плюс отвратительный запах.

– Миша! – закричала я. – Ты что, не заметил?

– Ну извини, – буркнул он.

Митька, конечно, не спал, но и не кричал – просто обалдел от всех этих звуков и запахов. Я схватила его и понеслась домой. Миша ходил виноватый и все пытался мне объяснить, почему так случилось – задумался. Вот и все объяснение! Я в его сторону не смотрела три вечера.

И еще подумала – бедная мама! Как ей непросто с ним! Как ей непросто со мной! Как ей непросто со всеми нами…"

"Маме я это, конечно, не рассказала – зачем ее огорчать? Зачем настраивать ее против Миши? Их отношения, по-моему, уже давно в тупике.

А впереди лето. Митьку держать в Москве немыслимо – тем более поговаривают, что лето будет ужасным. А оно другим и не бывает – либо дожди и холод, либо несусветная жара, обычная подмосковная история. Но ничего другого придумать я не могу. У меня нет ни денег, ни чего другого…

У меня вообще ничего нет, кроме Митьки.

Правда, это – самое главное.

ЗояНа дворе апрель, а я уже думаю про лето. Что делать? Куда устраивать Таню и Митьку?

Ах, хорошо бы в деревню! На парное молоко, свежий воздух, запах сена, на теплую мелкую речку.

Как я люблю деревню! Я ведь выросла в деревне – ну, почти. Летом меня всегда отправляли к родне в глухую деревушку в Смоленской области. Пять домов – и вся цивилизация. Потом, правда, начали пристраиваться – стало модным иметь дом в глуши. Появилась целая улица, состоящая из пришлых, из дачников, местных и даже москвичей.

Стало шумнее и веселее, а аборигенов осталось всего ничего – из пяти домов опустели три. Умерла и моя последняя деревенская родня – двоюродная тетка и ее мать, совсем древняя старушка.

Там, в этой забытой богом глуши, я была счастлива.

Носилась дни напролет по полям и лесам, плела венки из ромашек и васильков, собирала грибы и ягоды, выводила старушку корову на выпас, помогала тетке полоть огород. Бегала босиком, сверкала черными пятками. Девчонка…

Как быстро закончилось детство, как быстро закончилось все хорошее, легкое, светлое.

Как быстро накрыли тоска и усталость. Так быстро и рано. А я-то, глупая, думала, что все еще впереди.

Так, ладно. Не обо мне идет речь. Вытри, Зоя, сопли – и вперед! Решай дальше внутрисемейные проблемы, они, похоже, покруче, чем вселенские!

Итак, что мы имеем? Генеральскую дачу Лили и хутор эстонской тетки Лизы. Ни то, ни то не подходит – Лиля непредсказуема, все понятно. Женька говорит, что если она не дай бог, то контролировать ее сложно – проявляется агрессия, Лиля скандалит.