Гром над Империей. Часть 4

Если плюнет в вас Россия, то полмира захлебнется.

(М. Тетчер)

Владислав Громов

Едва успеваю заключить сгусток истинного пламени в кокон, не давая разрушительной силе вырваться наружу. А после направляю ее в сторону ворот. Вылетевший шквал ударил в, казалось бы, пустое место — и тут моим глазам открылась невидимая до того огромная толпа людей. Нет, не людей — мертвых воинов, одержимых темными духами!

— Отдай то, что тебе не принадлежит! — немертвый костяк в помятых доспехах выходит вперед, требовательно протягивая ко мне костлявую руку. Сквозь дыры в броне виднеются кости и остатки еще не истлевшей плоти.

В горящих зеленым глазах пламя ненависти ко всему живому.

Едва успеваю перехватить за шкирку, бросившуюся на мертвецов Свету, обнажившую свои мечи. Яростный вопль еще не успел затихнуть, как я отбрасываю ее назад.

— Сидеть — бояться! — рявкаю я, обернувшись и замечая, что мои девушки уже крепко сжимают оружие и готовы кинуться в бой.

—Буран, защищай их, чтобы ни одна немертвая тварь не прошла!

Решительно взмахнув гривой, тот принимает вид адского коня и, грозно расправив крылья, выходит вперед, перекрывая таким образом доступ к своим подопечным.

Из пасти, полной острых зубов, капает огонь, оставляя чёрные подпалины на земле.

— Посох Владыки Неба! — продолжает шипеть тварь. — Отдай. Он не твой.

— Я тебя откуда-то знаю, — морщу лоб в попытке вспомнить. Но мои мысли обрывает Света. Обратившись в волчицу, она издает леденящий душу миг, и в тот же миг прилетает ответ. Со всех сторон острова несется многоголосый грозный рык, который, сливаясь в один, приближается к нам.

Но мертвым нет дела до живых. Им нужно то, зачем они пришли.

В пальцах, что тянутся ко мне, загорается огонь. И без того плотные ряды нежити сдвигаются еще теснее, а задние разворачиваются, чтобы встретить приближающуюся угрозу. Их много, человек триста, наверное. Есть и лучники, и маги. Правда, каким образом зомби могут управлять эфиром, мне пока непонятно. Их источник давно высох, а с помощью некроэнергии шар истинного пламени не создать. В него же силищи вбухано немерено. Я думал, такое только мне под силу. Но, как оказалось, не только мне…

Ладно, с этим будем разбираться позже.

—Я тебя вспомнил, тухлятина, — обращаюсь я к главному, — это же ты пришел к старому личу за посохом.

Армия Света против армии Тьмы, да? Ничего не путаю? Походу, на вас подействовало его посмертное проклятье. И каково это — играть на противоположной стороне?

— Ты ничего не знаешь, сопляк, — шипит он, — Тьма принимает всех, а Свету нужны лишь избранные. Лучше уж так жить, чем гнить в земле. Мы тысячи лет искали посох и только сейчас почувствовали его в этом странном месте. Верни его, и мы уйдем, ничего тут не разрушив.