Извращённые Узы

Я отступил на несколько шагов, все еще опасаясь ее намерений. Савио подошел ко мне сзади, как обычно плохо выполняя приказы.

— Ты мне не поможешь? Или хочешь, чтобы Римо умер? — прошипела Серафина, свирепо глядя на нас.

Я сделал шаг ближе и заглянул внутрь машины — заметив своего брата, покрытого кровью.

Я убрал пистолет в кобуру. Он был без сознания, весь в синяках и ссадинах, но дышал.

Я просунул руки ему под мышки, и Савио схватил его за ноги. Нам нужно было срочно отвезти его в больницу.

Раздался пронзительный вопль. Напряжение пронзило мое тело от неожиданного звука, и моя голова взлетела вверх, к источнику шума.

Девочка, судя по розовой одежде и длинным, слегка вьющимся волосам. Рядом с ней проснулся второй ребенок, маленький мальчик с темными, почти черными глазами.

Глазами Римо.

Мой взгляд метнулся между мальчиком и девочкой, близнецами — без сомнения, детьми Римо.

Савио резко вздохнул рядом со мной.

— Черт возьми. Они принадлежат Римо.

Римо был отцом. Я был дядей. Два новых Фальконе. Киара была бы в восторге, если бы они оказались в особняке.

Я посмотрел на Серафину, которая, казалось, застыла.

Что-то изменилось в ее позе.

Она была напряжена, защищалась, готовая наброситься, если мы осмелимся что-то сделать с ее детьми.

Ей не о чем беспокоиться. Больше никогда.

Римо задрожал в моих объятиях.

— Быстро. — сказал я, и Савио вскочил, помогая мне отнести нашего брата к вертолету.

Мы опустили его на пол вертолета, и я присел рядом с ним, касаясь его горла.

— Спрошу Серафину, не нужна ли ей помощь с детьми. — ошеломленно сказал Савио.

— Сделай это.

— Они ведь едут с нами домой, верно?

Я взглянул на Савио.

— Там им самое место.

Савио повернулся и направился к Серафине, пока я осматривал грудь Римо на предмет сломанных ребер, находя два, затем ощупал его руки.

Порезы покрывали его кожу, некоторые из них открывали старые раны, другие создавали новые.

Я вздохнул.

Это был первый раз, когда Римо был таким беспомощным.

Я быстро прикрепил его к капельнице, чтобы компенсировать потерю крови, которую он перенес.

Я проверил каждый дюйм его тела на наличие травм, когда Савио и Серафина появились перед вертолетом, каждый из них нес ребенка.

Савио протянул мне маленького мальчика, и я взял его.

Его темные глаза уставились на меня, возвращая воспоминания о воспитании Адамо.

Серафина и Савио сели рядом с маленькой девочкой, а затем устроились на противоположной скамейке с детьми. Я не был уверен, что буду чувствовать к ребенку. Я всегда заботился о своих братьях, и я заботился о Киаре, но не знал, буду ли я чувствовать то же самое к ребенку.

И все же, глядя на этих младенцев, которые выглядели как Римо, как Адамо, когда он был ребенком, я испытывал непреодолимое чувство защищенности.