Извращённые Узы

— Если они убьют Римо, а они этого не сделают, мы вместе войдем на территорию Наряда и убьем всех, кто за это отвечает.

Адамо мрачно улыбнулся.

— Мы могли бы расколоть Наряд, и ты мог бы стать младшим боссом Чикаго под властью Каморры.

Фабиано уставился на него так, словно Адамо окончательно слетел с катушек.

Он схватил его за здоровую руку и поднял на ноги.

— Пойдем. Мы уложим тебя в постель. Ты очень устал.

Адамо не сопротивлялся, и я смотрела, как они пробираются к крылу Адамо. С трудом сглотнув, я закрыла глаза. Мягкое прикосновение заставило меня снова открыть их.

— Боже мой.

Я отрицательно покачала головой.

— Это его не сломает. Это сделает его сильнее, как и его братьев. Данте и его Наряд создали еще одного врага.

Леона с сомнением посмотрела на него.

— Ты действительно думаешь, что это не будет преследовать Адамо?

— Будет преследовать его долго, может быть, всегда, но в конце концов он пройдет через это.

Я была убеждена в этом, но боялась времени, которое потребуется ему, чтобы достичь этой точки.

— Но он уже не будет прежним. — сказала Леона.

— Он уже не тот, что прежде.

Я глубоко вздохнула, пытаясь отвлечься не только от беспокойства за психическое состояние Адамо, но и за Нино и Савио, а больше всего за Римо.

Если Наряд убьет его, это сломает Нино. Он поведет Каморру на войну, логично это или нет. Он отомстит за брата самым жестоким способом.

Я не была уверена, что человек, которым впоследствии стал Нино, все еще будет тем человеком, которого я полюбила.

— Я собираюсь приготовить любимые спагетти Адамо. Ты мне поможешь?

Леона кивнула, и мы вместе направились на кухню и начали работать в напряженной тишине.

• ── ✾ ── •

Я постучала в дверь Адамо, пряный запах чеснока кружился в моем носу. Мой желудок был слишком туго скручен, чтобы думать о еде.

— Войдите.

Толкнув дверь, я вошла внутрь, неся поднос с миской спагетти.

— Я приготовила твою любимую пасту.

Адамо лежал поверх одеяла, в спортивных штанах, обнажая ушибленную верхнюю часть тела. Его предплечье с обожженной татуировкой лежало на виду, будто он смотрел на нее до того, как я постучала.

Адамо неловко сел в сидячее положение.

— Спасибо.

Я прошла по узкому коридору грязной одежды и поставила поднос ему на ноги.

— Можно мне остаться?

— Конечно. — сказал Адамо. Он взял вилку и начал есть. — Вкусно."

"— Рада, что тебе понравилось. — я посмотрела на синеватые отметины на его ребрах, на опухшую скулу, на обожженный глаз его татуировки Каморры. — Уверена, что Нино сможет это как-нибудь исправить.

Адамо поднял глаза и проследил за моим взглядом.

— Нет, это послужит напоминанием.

Я кивнула, хотя сомневалась, что ему нужно было дополнительное напоминание о том, что произошло.