Катрин. Книги 1-12

Катрин не стала бы вести эту маленькую войну – девушка вызывала у нее лишь презрительное безразличие, – но характер не позволял ей терпеть постоянные уколы, которые наносила ее самолюбию Мари. Ткани дядюшки Матье и ослы дедушки Вогринеза, которого возвели в дворянство совсем недавно и который сделал себе состояние, занимаясь тайной, но весьма прибыльной торговлей этими интересными животными, служили обыкновенно поводом для этой войны.

Другой стороной деятельности молодой женщины стали будущий отъезд во Фландрию и приготовления к свадьбе обеих принцесс.

Отвечая за гардероб, Катрин усиленно занималась их приданым, помогала выбирать ткани, фасоны платьев, изводя мадам Гобер, прекрасную мастерицу, правда, с энергичной помощью Эрменгарды де Шатовиллен. У нее хватило ловкости наладить отношения с этой грозной дамой, подарив ей – столь же мило, сколь и скромно – отличный отрез пурпурного с золотом генуэзского бархата, взятого у дядюшки Матье и доставившего большую радость графине. Та очень высоко ценила яркие краски, полагая, что они добавляют ей величественности. Отрез бархата и неотразимая улыбка Катрин, соединенные с безусловными познаниями в сфере элегантности и хозяйственностью, окончательно расположили графиню к супруге знаменитого финансиста.

Что касается личной жизни новой придворной дамы, то в ней ничего не происходило. Дни текли – мирные, похожие один на другой. Министр финансов редко принимал гостей – он не стремился выставлять напоказ свое богатство, зная, какую это вызывает зависть. Если он и обставил роскошно свой дом, то только для того, чтобы радовать свой собственный взгляд и самому испытывать чувство удовлетворения.

Большим приемам и шумным праздникам он предпочитал шахматную партию, компании – хорошую книгу, созерцание своей коллекции редкостей, а с недавнего времени – общество Абу-аль-Хаира, ученость и восточную мудрость которого он особенно ценил.

Двое мужчин вели долгие беседы. Катрин часто присутствовала при этом, но умирала от скуки, потому что, в отличие от Гарена, ничуть не интересовалась ни чудесами медицины, ни опасной и тонкой наукой о ядах. Маленький мавр-лекарь был для своего времени блестящим практиком, но еще более выдающимся токсикологом.

Наконец настал день, когда принцессы – Маргарита и Анна – покинули со своей свитой Дижон. Длинная вереница лошадей, иноходцев, фур и нагруженных сундуками мулов под защитой мощного вооруженного эскорта, с которым не смогли бы справиться никакие грабители, пересекла границу города у Порт-Гийом в последние дни марта. Очень скоро крепостные стены и фантастический рисунок башен и колоколен, делавший Дижон похожим издали на лес из копий, исчезли из виду.