Катрин. Книги 1-12
Обольстительная Катрин – дочь золотых дел мастера Гоше Легуа – с юных лет притягивала к себе мужчин, среди которых были и сиятельные вельможи, и благородные рыцари, и простолюдины. Ее мужем стал главный казначей Гарен де Бразен, любовником – герцог Бургундский Филипп, любимым – рыцарь Арно де Монсальви. Совершая роковые ошибки, искушая мужчин и сама поддаваясь соблазнам, Катрин неудержимо стремилась к тому единственному, кто навсегда завладел ее сердцем. И эта любовь вела Катрин через все испытания, давала силы и надежду, вознаграждала за унижения. Любовь Катрин победила все
В это время дождь полил с удвоенной силой, и каждый поспешил удалиться кто куда, чтобы обсохнуть и обсудить этот неожиданный приход, казавшийся многим хорошим предзнаменованием.
В то время как Николя Барраль расквартировывал подкрепление, Катрин отвела Беранже в замок и поручила его заботам Сары.
Препровожденный в банное помещение, герой дня был раздет, вымыт, выпарен, растерт, высушен, а затем его положили на широкую каменную плиту, где Сара собственноручно растерла его ароматическим маслом[102].
Сидя тут же, в нескольких шагах, на скамеечке, Катрин, сложив на коленях руки, внимательно слушала рассказ о приключениях пажа, сопровождаемых постанываниями.
Беранже возвращался со своей «рыбной ловли» через лес, когда звуки набата предупредили его, что в Монсальви происходит необычное. Он был еще далеко, а сумерки нажигались очень быстро. Когда он подошел к городу, наступила полная темнота, и он заметил только силуэты солдат, проскользнувших к уже запертым Антергейским воротам.
Тогда он обогнул город, увидел лагерь Апшье и услышал угрозы сеньора грабителя.
— Не желая подвергать вас опасности, я решил не возвращаться. Я спрятался в руинах Пюи — де-д'Арбо Оттуда я мог наблюдать за всем, что происходит у врага… и к своему несчастью, видел смерть монаха. Я испытал такой ужас, мадам Катрин, что бросился бежать как можно дальше от замка. По-моему, — добавил он, скорчив жалостливую улыбку, — я никогда не смогу быть храбрым. Моим братьям было бы стыдно за меня, если бы они могли меня видеть.
— Если бы они видели вас, Беранже, — серьезно проговорила Катрин, — то, напротив, были бы за вас горды.
— Так что, — перебила Сара, — перестаньте стонать, доблестный рыцарь. Видел ли кто — нибудь рыцаря с такой чувствительной кожей!
— Вы не массируете меня, Сара, вы меня молотите. На чем я остановился? Ах, да! Я убежал… Весь день я прятался в овраге далеко за пределами Сент-Фон, ожидая наступления ночи. Мне тогда пришла мысль добраться до подземного хода и попытаться проникнуть в замок.
— До подземного хода? — переспросила Катрин.
Беранже посмотрел на нее со смущенной и извиняющейся улыбкой, а Сара в это время заворачивала его в большой кусок тонкого полотна, снимая лишний слой масла.
— У нас в замке тоже есть ход, почти такой же. Я нашел его без особых усилий, спускаясь в погреба в донжоне. И несколько раз люди из охраны помогали мне им воспользоваться, когда случалось выходить из замка…
— ..на ночную рыбную ловлю! — закончила безжалостная Сара.











