Катрин. Книги 1-12

Убаюканные мирным процветанием, которым они были обязаны мудрому правлению своего герцога, бургундцы, да и жители Сен-Сена, забыли о надежном убежище былых времен. Притаившись за узкими окнами, крестьяне смотрели за проездом страшной банды.

Во главе ее ехали два человека. Один из них был одет почти как вся остальная банда, но угрожающее выражение его лица и золотая цепь, висящая на шее, указывали на то, что он главарь. Другим был Гарен. Одетый во все черное, в надвинутой на глаза шляпе и плаще, укутывавшем его до шеи, он ехал, не глядя на то, что происходило вокруг него.

Но больше всего напугал привратника вид двух людей, которых волокли две первые лошади: это было то, что осталось от старика и молодой женщины, жизнь в которых теплилась еле-еле, их шатало из стороны в сторону: они были привязаны к седлам лошадей Гарена и главаря бандитской шайки. С обоими обращались с невероятной жестокостью. Длинные белокурые волосы молодой женщины, испачканные в крови и пыли, едва прикрывали нагое тело, исполосованное ударами бича. Старик с белыми волосами и бородой был в черном одеянии, изодранном в лохмотья, на его теле виднелись следы пыток каленым железом. Длинные кровавые царапины покрывали их лица, и, самое страшное, им выкололи глаза.

В ужасе от того, что банда остановилась у ворот монастыря, привратник кинулся предупредить отца-настоятеля, который только что начал службу, но тут же прервал ее и прибежал к воротам. Эрменгарда, Катрин и Сара вместе с монахами, движимые ужасным предчувствием, последовали за аббатом.

Когда они дошли до бойниц над главным порталом, Эрменгарда резким движением отодвинула Катрин за свою спину, чтобы виден был только Жан де Блези.

Уже наступила ночь, но факелы, зажженные бандитами, освещали и людей Гарена, и их несчастных пленников.

– Чего вы хотите? – крикнул аббат резким тоном. – Почему у вас оружие? Кто эти истерзанные пыткой люди?

– Что означает, господин аббат, эта закрытая дверь? – ответил ему голос, при звуках которого Катрин охватила невольная дрожь. Притяжение страха оказалось сильнее самого страха. Вытянув шею, она посмотрела мимо Эрменгарды и увидела бледное лицо Гарена, освещенное отблесками пожара.

С мужа ее взгляд перешел на ослепленных жертв, которые упали на землю у ног Гарена. Несмотря на запекшуюся на лицах кровь, Катрин узнала их – это были Пакретта и Жерве. Хриплый крик вырвался из ее горла, который Сара успела заглушить, закрыв ей рот рукой. Над деревней установилась полная тишина, в которой раздался громкий голос аббата.

– Эта дверь закрывается каждый день с наступлением темноты, – сказал он. – Ты что, безбожник и не знаешь правил Божьего приюта?

– Я знаю эти правила. Но я хочу войти.