Катрин. Книги 1-12

Время от времени встречались разрушенные деревни, обожженные стволы и брошенные трупы. Всюду была война с ее страшным ликом. Но Катрин, ведомая одним желанием – скорее дойти до города, не обращала ни на что внимания. Она изо всех сил всматривалась в даль, пытаясь увидеть стены города, который был для нее землей обетованной. К заходу солнца она уже прошла шесть миль… Наконец впереди показались смутные очертания большого города. Она догадалась, что это был Орлеан. Ее волнение было столь сильно, что она упала на колени и, рыдая, прочла короткую молитву. Скоро ночь скрыла от нее город.

И тогда она, как усталое животное, легла прямо на траву, не удосужась поискать какое-либо укрытие. Кому в этом пустынном краю было дело до спящей нищенки? У нее больше не было ничего, что можно было бы украсть, она была бедней самого бедного, голодная, оборванная, полураздетая, с окровавленными ногами… Катрин спала крепким сном, поднялась с первым лучом солнца и снова двинулась вперед. Шаг, еще шаг, еще… Город поднимался все выше и как будто звал ее… Ее воспаленные глаза видели только его, не останавливаясь на пожарищах, которые показывались то здесь, то там. Если бы она не была так измучена, она протянула бы руки, чтобы попытаться схватить оживавший мираж. Постепенно стали различимы низкие, покрытые травой острова, большой мост, разрушенный в двух местах, и охранявшие его крепости по обе стороны моста. Она видела высокие шпили многочисленных церквей, черные подтеки на стенах крепости, оставленные смолой и маслом, пищали, установленные наверху. Увидела опустошенные пригороды Орлеана, когда-то процветавшие, а ныне сожженные самими жителями, черные стены, которые когда-то были прекрасными домами, и даже церкви, окруженные бревенчатыми стенами и земляными валами. Наконец она увидела английский стяг, украшенный золотым леопардом и поднятый над этими укреплениями, а на высокой башне замка – голубой флаг с золотыми лилиями…

Катрин остановилась и, хотя ее глаза были полны слез, забыла о своей боли, о голоде, который разрывал внутренности, и думала только об одном: там, за этими стенами, жил, дышал, сражался и страдал Арно.

Она снова пошла вперед, медленно продвигаясь среди развалин и прячась в них.

Между ней и городом возникла огромная английская крепость, которая, как она потом узнала, называлась Сен-Лу. Надо было незаметно пройти мимо и подойти к Бургундским воротам, единственному входу в город, ибо у англичан Суффолка и Толбота не хватало людей, чтобы окружить город со всех сторон. До Катрин долетел отдаленный звук трубы, затем последовала канонада. По обе стороны моста пищали метнули несколько каменных ядер, прежде чем спустилась ночь. Им ответили кулеврины, потом послышался людской вой.