Катрин. Книги 1-12

— Да будет с тобой Бог, — с чувством сказала она, — и да поможет он тебе найти твоего любимого. Если увидишь Колена, скажи ему, что я его жду и всегда буду ждать.

Катрин была тронута до слез их щедростью и попыталась было отказаться от даров, но почувствовала, что отказ обидит их. Поэтому же она не осмелилась предложить им свои три серебряные монеты из боязни оскорбить их. Она тепло поцеловала Мадлен, не в состоянии говорить, а затем подошла к Пьеру, который ждал ее у двери. Не один раз она обернулась, чтобы помахать девушке на прощанье, когда они уходили. Мадлен долго смотрела, как они удаляются…

Пьер шел впереди широкими, ровными, неспешными шагами.

Катрин узнала место, где он встретил ее накануне. Оттуда они пошли через поля, пока не достигли дороги, большие плоские камни которой были уложены римлянами, а теперь поросли травой и мхом, но все еще виднелись тут и там. Старинная статуя рядом с дорогой представляла бюст кудрявого юноши, сохранившийся, несмотря па разрушительное действие времени и плохой погоды. Там Пьер остановился и указал на запад.

— Вот твоя дорога! Держись ее, пока не придешь к большой реке.

Она взглянула на него с признательностью.

— Как я могу отблагодарить вас с сестрой?

— Не забывай нас, — сказал он, пожимая широкими плечами. — Мы будем молиться за тебя…

Словно торопясь ее покинуть, он повернул обратно к полевой тропе, но затем вдруг обернулся и снова посмотрел на нее.

— В конце концов, — тихо сказал он, — никогда ведь не знаешь…

Если ты не найдешь своего любимого, знай, что всегда можешь вернуться к нам. Мы были бы счастливы, Мадлен и я… особенно я, если бы ты жила с нами…

Прежде чем Катрин поняла смысл этого безыскусного признания, Пьер повернулся и побежал через поля, словно за ним кто-то гнался.

Она постояла, наблюдая, как его плотная фигура растворяется в туманном сером свете. По щекам Катрин текли неудержимые слезы. Она была тронута этой робкой неуклюжей любовью, которая возникла так внезапно и почти не смела заявить о себе. Это был словно маленький дружеский огонек, согревающий в пути. Разгорающийся день начинал рассеивать утренний туман, обнажая очертания окружающих предметов. Позади себя она могла видеть слегка дымящиеся трубы и синий флаг, развевающийся над зубчатыми стенами замка. Колокола вызванивали к заутрене, рассыпая хрупкие звуки над плодородными зелеными окрестностями. Где-то запел жаворонок, и сердце Катрин наполнилось такой же глубокой, простой и первобытной радостью, как вся эта необъятная ширь природы вокруг нее. Старая дорога пролегала меж двух небольших долин. С пылкой благодарственной молитвой к Благословенной Деве за то, что она подарила ей этот миг радости, Катрин оперлась на свой посох и отправилась в путь.