Катрин. Книги 1-12

Затем она плотно завернулась в своей грубую накидку, потому что на город сеялся мелкий дождик, и стала спускаться к набережной.

Ей не составило особого труда найти лодку. На набережной, на куче сложенных рыбацких сетей, сидел человек, ел луковицу и смотрел на текущую мимо воду. Он был высок и молчалив и, казалось, не замечал дождя.

Когда Катрин спросила, не знает ли он лодочника, который отвез бы ее хотя бы до Шатонефа, он поднял тяжелые серые веки.

— Деньги есть?

Она кивнула, но человек не двигался.

— Покажи! Легко сказать, что у тебя есть деньги, понимаешь, но в наши времена найти деньги трудно.

Земли загажены, торговля заброшена, а сам король, как Иов, сидит на своей навозной куче. Ныне плата вперед.

Катрин вытащила серебряную монетку и положила ее на грязную ладонь мужчины. Он подбросил ее в воздух, попробовал на зуб, внимательно осмотрел, и его угрюмое лицо посветлело.

— Ладно, — сказал он. — Но не дальше Шатонефа. За ним слишком большой риск попасть в руки этих проклятых англичан, которые осадили город, а я ценю свою шкуру.

Говоря это, он спустил на воду плоскодонку и помог Катрин войти в нее. Она села на носу, лицом вниз по течению. Мужчина запрыгнул в лодку так легко и ловко, что та почти не качнулась. Он поднял длинный шест, погрузил его в воду и сильно оттолкнулся. Поток струился быстро, и лодка неслась почти без посторонней помощи. Со своего места Катрин наблюдала, как перед ней разворачивался город, а за ним — плоские пойменные луга окаймленные камышами, все еще рыжими после зимы. Дождь окроплял ей лицо, но это ее не беспокоило, потому что толстая накидка хорошо защищала.

Перед ней всплывали старые воспоминания, вызывая образы прошедших дней. Она снова видела себя, бегущую из восставшего Парижа вместе с Барнаби, своей матерью, сестрой и Сарой… Как же ее радовало это первое путешествие, такое интересное благодаря Ракушечнику! Ей казалось, что она все еще слышит, как его глубокий голос негромко декламирует строки поэта.

Увенчанный король всех городов,

Благой родник Учености и Веры,

Стоит на берегах отлогих Соны…

Но Барнаби больше не было, Париж был далеко, а город, в который Катрин направлялась, находился в безвыходном положении — пораженное голодом, отчаянное место, где ей не на что рассчитывать, кроме жесточайшего разочарования или, что еще хуже, смерти! Впервые она задумалась о том, как Арно ее встретит; узнает ли он ее? Со времени их встречи под стенами Арраса прошло так много времени!

Катрин заставила себя отогнать эти мрачные мысли, порожденные чрезмерной усталостью и нервным напряжением.