Катрин. Книги 1-12

Однако что же произошло?

Жиль с досадой пожал плечами и швырнул хлыст слуге:

– Эти тупые псы непонятно почему взяли след кабана и гнались за ним до самого аббатства. Не иначе бес их попутал! Теперь они совершенно выдохлись, а моего леопарда убил этот мужлан! Придется вам и за это заплатить, госпожа Катрин. Леопард, натасканный на охоту, – это бесценное сокровище.

– Вы меня уже лишили всего, – сухо ответила Катрин, – и я не знаю, чем вы еще можете поживиться… разве что сдерете с меня кожу!

Она старалась не смотреть в эти колючие глаза, опасаясь выдать себя.

Главное, нельзя было показывать радости, что Готье спасся – а он, конечно, спасся, потому что утонуть не мог. Он одолел реку так же, как хищного зверя, – в этом она была уверена."

"– Кто знает? – еле слышно пробормотал Жиль. – Я подумаю об этом. Эту партию вы выиграли, но не думайте, что так пойдет и дальше. У меня осталась ваша колдунья, и, если нам с ней не удастся договориться по-доброму, она заплатит за двоих. Коня, Пуату!

Паж, стараясь не смотреть на Катрин, подвел черного жеребца, которого конюший уже успел тщательно обтереть шерстяной перчаткой.

Но шерсть его все равно блестела от пота, бока вздымались, а глаза были полубезумными. Жиль тяжело сел в седло, дал коню шпоры и помчался в сторону замка, не обращая внимания на остальных охотников. Анна де Краон направила Корригана к Морган, которую Катрин ласково оглаживала.

– Будьте чрезвычайно осторожны, – шепнула она, не шевеля губами, ибо за ней тенью следовал Роже де Бриквиль. – Нынче ночью запритесь на засов, Катрин, и никому не открывайте.

– Почему?

– Потому что сегодня хозяином Шантосе станет сам дьявол.

Жиль потерпел неудачу и захочет отыграться…

В течение трех дней Катрин сидела взаперти в своей комнате. Жиль де Рец велел передать ей, что не желает ее видеть. Не заходила к ней и Анна де Краон, которую уложила в постель лихорадка. Удивительно, но все эти три дня замок казался погруженным в сон. В нем царила мертвая тишина. Даже подъемный мост не опускали, а слуги двигались бесшумно как тени. Катрин, решившись, спросила, что творится в Шантосе, у девочки-служанки, которая приносила ей еду.

– Не могу сказать вам, милостивая госпожа.

Монсеньор Жиль заперся вместе с приближенными в своих покоях, и заходить туда запрещено кому бы то ни было под страхом смерти…

Служанка, круглая розовая бретоночка, говоря это, испуганно озиралась. Казалось, она боится, что слова, которые она произносила еле слышно, проникнут сквозь толстые стены замка и достигнут ушей Жиля де Реца.

– А что с госпожой Анной? – спросила Катрин. – Как ее здоровье?

– Не знаю. Она также не выходит из своих апартаментов и пускает к себе лишь фрейлину, госпожу Алиенор.