Хмель и Клондайк

Все сложно, в общем…

– Ты хоть Вячеслав Владимирович?"

"– Вячеслав Владимирович, – подтвердил я, – даже не сомневайся.

Гордеев покачал головой и ничего больше говорить не стал.

Я сделал осторожный глоток, скривился от мерзкого вкуса и убрал бутылку в рюкзак. После этого в очередной раз напомнил всем очертить свою позицию чародейским порошком.

– Иначе колдун или ведьмы могут почувствовать.

Все покивали, только Николай покачал головой:

– Мы далеко будем.

– С такой защитой даже «Вампиром» сложнее ауры различить, – заявил я. – Плюс отражающие пули амулеты фонят, их тоже не так заметно станет.

 – Опустил колдовские окуляры на глаза и добавил: – А то светитесь как рождественские елки!

– Не бухти, – буркнул Саня. – Сто раз уже все оговорено…

Я промолчал – если на то пошло, то светился амулет лишь у меня. Остальные взяли с собой одноразовые алхимические поделки.

– Дядя Слава! – повернулся ко мне Иван и оттянул рукав, демонстрируя охвативший запястье браслет. – А он надежный вообще?

– Чрезвычайно надежный, – вздохнул я. – «Архангел», до девяноста включений по одной секунде, итого полторы минуты чистого действия.

Отводит вообще все, за исключением чисто магических снарядов.

– А себе почему такого не взял? – удивился Грачев.

– Чтоб наверняка загнуться? – фыркнул я. – При активации они магический фон серьезно увеличивают. Вам ничего, а мне и даром не надо. И так таблетки горстями жру.

Я достал из сумки жестянку с зарядами к чаромету и начал одну за другой вынимать массивные металлические пластины на три гнезда каждая. Шесть штук рассовал по кармашкам разгрузки, из оставшихся двух вынул патроны и вставил в барабан.

– Это что? – зевнул Саня. – «Плазменные цветы»?

– Они самые, – ответил я, устроил чаромет на коленях и посмотрел в окно. А там серая хмарь, лишь чудилось в небе непонятное свечение. Но это нормально – Бородулин о подобном побочном эффекте предупреждал. Не страшно.

Объездная дорога была прилично укатана, внедорожник на своих гусеницах шел по ней ровно-ровно, словно по гоночной трассе, и очень скоро меня укачало.

Сам не заметил, как задремал.

Клондайк. Цейтнот

Суббота

Утром, далеко затемно, в доме началась суета.

Быстро допаковывались рюкзаки и подсумки, потом со всем этим добром потянулись в паб, на «централизованный завтрак», который состоял из горячих бутербродов с чаем. Потом суета усилилась, я расцеловал Милу, попросил не беспокоиться, люди потянулись к задней двери, а я побежал вперед, заводить «сабербен».

Потом был недолгий рывок до Западных ворот, быстрый проход КПП по служебным удостоверениям без всяких досмотров, потом пробег по снежной дороге вдоль Стены, освещаемой пока лишь светом фар.