Хроника гнусных времен

– Расскажи мне, – попросила она, – можешь? Кирилл приподнялся и, пошарив рукой, перекидал за спину подушки. Уселся и подтянул Настю к себе.

– Дать сигареты? – спросила она и улыбнулась от того, что уже знала – без сигареты он не может думать.

– Самое плохое, – начал он, прикурив, – что я пока толком не понял, что может быть мотивом. Деньги? Основная часть наследства досталась тебе, но ты вряд ли убила свою бабушку.

– Нет, Кирилл, – сказала она тихо, – я ее не убивала.

Ей отчаянно не хотелось его слушать. Что бы он ни сказал – все было плохо. В деле была замешана ее семья, близкие люди, которых она любила. Одних меньше, других больше, но любила. Она затеяла все, и ей теперь предстоит принимать решения, но джинн уже вырвался из бутылки, и загнать его обратно она не сможет, как бы ей этого ни хотелось.

Она жалела, что выпустила джинна, мечтала, чтобы его вовсе не было, и твердо знала, что доведет дело до конца.

Ради бабушки.

Только вот как понять, нужно это бабушке или она предпочла бы, чтобы внучка жила в нормальном, спокойном, привычном мире, ничего не зная о том, что один из самых близких людей – убийца?

– Есть несколько сложных моментов, к которым я пока не знаю как подступиться. Начнем с более или менее очевидных. Первый. В соседнем доме кто-то живет.

– Никто там не живет!

– Живет. Я видел человека, который наблюдал за мной.

– Человека?! – переспросила Настя с изумлением.

– Просто силуэт в окне. У меня стопроцентное зрение, я начинал водителем, и мне никогда ничего не мерещится. На соседнем участке стоит совсем новая собачья будка, а собаки нет. Где она? Зачем ее прячут в доме? Почему она не бегает по улице?

– Может, это домашняя собака?

– Для домашней собаки незачем строить будку на улице. Второй момент. Твоя бабушка написала в дневнике, что ее беспокоят Настя, Сергей и Людочка. Предполагается, что мы знаем, из-за чего ее беспокоили Настя и Сергей. Настя – из-за Киры, а Сергей – из-за Муси. Правильно?

– Ты и про Мусю догадался?

– Я не догадывался, просто увидел, как они целуются у гаража. Я сидел в георгинах, а потом меня застукала тетя Александра и решила, что я собираюсь покуситься на единственное богатство бедной девушки.

– Кирилл!

– Ну вот, – продолжил он торопливо, – совершенно непонятно, кто такая Людочка. Я специально не спрашивал, но никто ни разу не упомянул в разговоре такое имя. Странно еще, что она упомянута вместе с вами. Как будто она родственница. Вспомни еще раз, у вас точно нет в семье Людочки?

– Нет, – сказала Настя задумчиво, – точно нет.

– Третий момент. Из одной арабской книги, которая досталась в наследство Сергею, вырваны листы. Так, что даже переплет развалился.