Хрупкая связь

Не нужно видеть его лица, чтобы понять по позе, сжатым кулакам и напряженным плечам, что не стоит надеяться ни на предупреждение, ни на понимание, ни на компромисс.

Тем более что из автомобиля на стоянке выходит Влад вместе со своим другом Серёжей. Они пресекают проезжую часть и сворачивают за тот же угол, заставляя меня вцепиться пальцами в подоконник, чтобы удержать грёбаное равновесие.

44

В салоне автомобиля резко пахнет кровью — металлической и сладковатой, и этот запах вызывает у меня тошноту. Возможно, ещё и потому, что я нахожусь слишком близко к Аслану на переднем сиденье, злясь и нервничая.

Я предлагала сесть за руль, но он отказался, уверяя, что в состоянии довезти меня и дочь домой. Я не стала спорить, чтобы не привлекать внимания Ами. Двое самых важных мужчин в её жизни зашли слишком далеко в своих эмоциях…

Переступили черту.

Глупо было надеяться, что взрослые лбы, давно оставившие позади пубертатный период, смогут решить конфликт мирно. Тем более, я видела, в каком состоянии был Аслан. Влад, к слову, выглядел не лучше."

"Когда я нашла их за углом детской больницы, предварительно попросив медсестру посидеть с Амелией в палате, разговор уже шёл на повышенных тонах. Очень и очень повышенных тонах вперемешку с грубым матом!

Стоило мне приблизиться, как муж бросился на Аслана с кулаками. Остальные мужчины расступились. Я пыталась остановить драку и просила Гончарова-старшего оттащить сына, но он только отмахнулся: мол, им нужно выпустить пар. Даже Серёжа, наш общий друг, с которым мы отмечали столько праздников за одним столом, не реагировал на мои слова. Зато реагировал на кое-что другое.

Как только Аслан начинал бить сильнее, он включался и… не давал ему добивать Влада. Орал:

— Э-э, блядь, харэ, мужик! Хватит!

Раз за разом останавливал, хватал за руки и предотвращал попадание удара по цели…

Я стираю со щёк непрошеные слёзы, в деталях вспоминая всё, что произошло всего десять минут назад. Эта поездка напоминает последствия бури — всё самое страшное уже случилось, но осознание приходит с явным опозданием.

Руль в руках Аслана кажется неподвижным, но я вижу, как напряжены его пальцы и кровоточат костяшки. Думаю, сдерживаться в скорости ему мешает только присутствие ребёнка в салоне. Он молчит, глядя на дорогу, но я чувствую, как внутри него ещё пульсирует глухая, необузданная ярость. Её не дали ему выплеснуть полностью.

Когда я не успеваю сдержать всхлип, Аслан раздражённо выдыхает, вдавливает затылок в подголовник и правой рукой находит мою, сплетая наши пальцы.

Это неожиданное, почти машинальное движение заземляет меня, не давая утонуть в тревоге. Оно не требует ответа, но отозваться на него хочется слишком сильно.