Хрупкая связь

Она редко выполняет команды и слушается только второго папу, — усмехаясь, продолжает Дина. — Ами их нумерует. Один, говорит, знает все умные слова, а другой — все смешные.

— Это сложная тема, — рвано выдыхаю.

— Верю. Но я надеюсь, что вы как-то вырулите из этой ситуации с наименьшими потерями. В первую очередь ради ребёнка.

— Серьезно? Это ты сейчас не шутишь? — удивленно вскидываю брови. — Помню, у вас с отцом как-то вообще не получилось разрулить с наименьшими потерями…

— Ты права.

— Мне кажется, это технически невозможно, — слегка повышаю голос. — Амелия привыкла к Владу. Она подружилась с Асланом. Несмотря на то что дочери всего пять лет, она явно что-то понимает. Осознаёт, что происходят нехорошие вещи, которые… разрушают её маленький устойчивый мир.

Дина достаёт маленький фарфоровый чайник и осторожно открывает одну из баночек. Тонкий аромат чёрного чая с цитрусовыми нотами тут же наполняет кухню.

— Когда я разводилась с Каримом, один человек дал мне хороший совет, — мачеха ставит стеклянные стаканы, суженные посередине, на поднос, не поднимая взгляда. — Дети не боятся перемен, они боятся фальши. Мы часто думаем, что ради них стоит терпеть, но иногда развод — это шанс показать детям, что уважать и ценить себя — значит уходить, когда отношения перестают приносить удовлетворение и спокойствие.

Она замолкает, поворачиваясь ко мне лицом.

— Тогда мне это казалось банальностью, но теперь я понимаю: дети многое могут пережить, если знают, что их любят, а взрослым важно научиться прощать себя… за сделанный выбор.

— Я люблю Ами. И Аслан её любит. Но дело в том, что и Влад тоже.

— Она замечательная девочка. Безумно похожа на тебя, Аля. Во всём: в улыбке, в этом упрямом взгляде исподлобья, в том, как морщит нос, когда что-то не нравится…

Набрав в лёгкие больше воздуха, я делаю несколько разделяющих нас шагов, чтобы вымыть стаканы от пыли. В груди печёт. Я закатываю рукава, открывая кран с горячей водой, но из-за подступающего волнения вовсе не чувствую температуры.

— Амелия — совершенно точно от твоего сына, — твёрдо заявляю. — В ней масса других качеств, унаследованных от него: от острого ума и умения быстро схватывать материал до способности рассуждать так, будто ей не пять, а все десять лет!

Дина молчит, не перебивая. Во мне столько эмоций и невысказанных слов, что говорить становится базовой потребностью — говорить столько, сколько нужно, чтобы выплеснуть всё до последней капли.

— И в этом нет ничего удивительного, что я забеременела от Аслана. У нас было столько раз, что… ты даже представить себе не можешь. Столько классных и страстных ночей, которые мы скрывали от вас. Столько жарких секретов, что иногда мне казалось — если отец узнает, то нам, блин, конец.