Хрупкая связь

— Впервые слышу, — улыбаюсь я. — На мой борщ он смотрит с таким же восторгом, так что у вашей долмы серьёзная конкуренция.

Другая женщина, чуть моложе, с высокими скулами и пронзительными тёмными глазами, усмехается и добавляет:

— И вот этот салат тоже попробуйте, Аля. Лала специально к вашему приезду готовила. С бакинскими помидорами, огурцами, кинзой и сумахом. Простое, но традиционное блюдо.

— Да-да, обязательно, — поспешно киваю, видя, как передо мной появляется всё больше тарелок. — Спасибо!

Без внимания не остаётся и Амелия. Привыкшая есть мало, словно воробышек, она берёт микроскопические кусочки, долго раздумывает над каждым новым блюдом и скорее играет с едой, чем ест по-настоящему.

— Тебе не вкусно? — шёпотом спрашивает Дина, сидящая напротив внучки. — Скажи, что тебе передать.

— Мам, не заставляй, — вмешивается Аслан. — Если она чего-то захочет, то сама скажет.

— А что бы ты съела? На будущее, чтобы я знала…

Дочь поднимает глаза, немного смущённо оглядывается по сторонам и тщательно подбирает слова.

— Я… обычно люблю блины, — наконец говорит Ами, разглядывая пока незнакомую тётю, чьё имя легко перепутать. — Мама часто делает мне с малиновым джемом или сгущёнкой.

Дина кивает, запоминая. Хотя на самом деле, именно она когда-то научила меня их готовить.

— Хорошо. Тогда в следующий раз будут блины. Но ты всё-таки попробуй пахлаву, вдруг понравится.

Амелия послушно берёт маленький кусочек, но, прежде чем съесть, осторожно разламывает его пальчиками. Она долго изучает начинку, откусывает крошечный уголок, а после — оставляет недоеденным.

Это… Ами. Ничего удивительного.

Дина не оставляет внучку в покое и вскоре выясняет, что единственное, чего ей сейчас хочется, — вовсе не еда или сладости, а немного тишины с книгой или планшетом. Кивнув, она берёт Ами за руку и ведёт в свою комнату, куда остальным вход строго-настрого запрещён. Это её привилегия.

Я смотрю на них, когда они уходят, исчезая за поворотом коридора, и во мне откликается едва уловимая вспышка ностальгии.

Этот вечер похож… на хождение по краю обрыва — каждый шаг требует осторожности, а каждое слово балансирует на грани. Я не знаю, насколько далеко могу зайти и где та черта, за которой шутка превращается в дерзость, а вежливая сдержанность — в холодность.

Просто я привыкла к другому. К другим устоям, к другим традициям.

За мной наблюдают. Взгляды оценивающие, но не враждебные. Я тоже не излучаю враждебность. Надеюсь. Потому что пришла сюда с добрыми намерениями. Но если потребуется, то я готова защищаться. Тем более, меня есть кому защищать.

Я больше не чувствую себя одинокой, самой сильной или самой ответственной. У меня есть Аслан — мужчина, рядом с которым весь мир больше не давит тяжелым камнем на мои плечи.