Красные туманы Полесья

— Не могу понять, как вам удается на легковых машинах перемещаться по лесу, где, как мне кажется, и танк застрянет. А тут «ГАЗ-А» и «эмка». Кстати, наш «Опель» не развалился после отхода из Минска?

— С ним пришлось поработать, но сейчас можно ехать хоть в Москву, — ответил Горбань.

— Да мы бы с удовольствием туда отправились, но нам надо в Горош.

Горбань взглянул на Шелестова и осведомился:

— Сеанс связи вы уже провели?

— Так точно! Работа в Минске признана выполненной, задание по акции возмездия в Гороше подтверждено.

Командир отряда присел на табурет и проговорил:

— Мне стало известно, что перед сожжением людей в Лозе полицаи с командиром роты эсэсовцев вывезли оттуда семью евреев. Сейчас нам удалось уточнить, что стало с этими людьми в Гороше.

— Кто уточнил? — спросил Шелестов.

Командир отряда улыбнулся и ответил:

— У вас, майор, свои секреты, у меня свои.

— Я имею на них право, а вот вы, Федор Моисеевич, нет. Это вам хорошо известно.

— Хорошо. Уточнил человек, связанный с отрядом. Это Петр Михайлович Матвеев, бригадир обходчиков на железной дороге. Живет с женой Марией на Вокзальной. Детей нет. У Маши по женской части проблемы. Не могла родить.

— Откуда Матвеев узнал о еврейской семье?

— Вы, майор, прямо как следователь на допросе.

— А вы были у следователя на допросе?

— Нет, но…

— Тогда не говорите об этом.

— А вы что, были?

— Представьте себе, был, причем не раз, но это к нашему делу никакого отношения не имеет.

Командир отряда и начальник штаба переглянулись.

— Странно, — проговорил бывший председатель исполкома Готлинского района. — Вы, старший офицер, командир особой группы НКВД, и под следствием?

— В изоляторе и маршалы сидели. Но давайте к теме. Повторяю вопрос, Федор Моисеевич. Как ваш человек, этот самый Матвеев, узнал о евреях?

— От второго нашего человека, Ефима Рогозы.

— Третий и четвертый тоже будут? — поинтересовался Шелестов.

— Нет, у нас только два человека в Гороше. Они известны лишь мне, начальнику штаба, политруку и связному, который два раза в месяц наведывается к Матвееву.

— Что поведал ваш второй человек? Чем он занимается?

— Ефим Рогоза — шофер на полуторке, приписанной к ресторану «Парус», сейчас «Мюнхен». За продуктами в Минск ездит. По совместительству он работает и на Калача.

— Как это?

— По заданию командования отряда.

— Как вам удалось внедрить его к самому Калачу?

Горбань свернул самокрутку. Папиросы у него кончились. Шелестов предложил ему свои, но командир отряда отказался.

— Перед смертью, как говорится, не надышишься, надо привыкать к тому, что есть, — сказал он и закурил.

Тут же весь бункер заполнил едкий дым.

— История такая, — продолжил Горбань. — Рогозу я знал еще до войны, он как-то подменял моего водителя в поездке по району.