Красные туманы Полесья

Унтер-офицер полевой жандармерии спокойно поправил табличку с орлом, свастикой и надписью «Фельджандармерия», потом сказал:

— И все же вам придется ответить на мой вопрос, иначе мы задержим вас.

— Хорошо. Задерживайте, но до этого свяжитесь со штандартенфюрером СС Генкелем.

На физиономии жандарма проявилось удивление.

— А при чем здесь господин Генкель? — спросил он.

— Он объяснит вам, кто я такой и почему еду по этой дороге. Мне это сделать будет гораздо сложнее. Да и время терять не хочется.

— Вы знакомы с господином Генкелем?

— Представьте себе, да. Более того, я выполняю его поручение, являюсь служащим рейхскомиссариата «Остланд».

— Извините, герр гауптман. В обращении к господину штандартенфюреру нет никакой необходимости. Проезжайте. — Он вскинул руку. — Хайль Гитлер!

— Хайль! — ответил Сосновский.

Начальник патруля отдал команду, и мотоциклы ушли с дороги.

Авдеев включил передачу и медленно поехал вперед. Сосновский глянул в зеркало заднего вида. Начальник патруля смотрел вслед удаляющейся машине, явно запоминал номера.

— Прибить бы их всех, — сказал Авдеев.

— И провалить задание все. К тому же тебе еще возвращаться надо.

— Но этот фельдфебель обязательно доложит о нас своему начальству.

— Пусть докладывает. Генкель подтвердит мои слова.

— Уверен?

— В этом уверены те люди, которые послали нас сюда. А это очень серьезные персоны. Давай направо. Надоели колдобины на этой улице.

— Думаешь, другая лучше?

— Посмотрим. Впрочем, нам немного осталось, если судить по указателям.

— Как скажете, герр гауптман.

Авдеев проехал еще пару улиц остановился и сказал:

— По указателю выходит, что прямо по переулку пересечение с Серпуховской.

Сосновский улыбнулся.

— Удачно свернули. Я выхожу, ты возвращайся. Если нарвешься на жандармов, скажешь им, что я послал тебя в Горош. Все остальное пусть выясняют у Генкеля.

— Вывернусь как-нибудь. Удачи тебе, капитан!

— И тебе.

В 18.30 Сосновский был на улице Серпуховской, прошелся по ней, увидел здание банка, часовую мастерскую, кафе «Глория». Он находился на месте встречи, но не мог стоять здесь полчаса и пошел дальше. К кафе герр гауптман вернулся в 18.55 и медленно двинулся к банку."

"У перекрестка за спиной у него неожиданно раздался женский голос:

— Хельмут?

Сосновский повернулся и увидел миловидную женщину, точеную фигуру которой подчеркивала эсэсовская форма.

— Петра Келлер?

— Да, дорогой. — Она взяла его под руку. — Извините, капитан, но без этого нельзя.

— Да я и не против.

— Пойдемте. Я покажу вам вашу временную квартиру.

Они ушли в переулок, пересекли улицу, название которой определить без указателей было невозможно, и вышли на Буравскую. Здесь указатели висели.