Ловец снов

Медленно, как под гипнозом, он отстегивает карман куртки, вытаскивает леденец на палочке и, не разворачивая, сует в рот палочку и принимается грызть. – Приснилось…

– Не важно, – обрывает Генри, поправляя очки. – Мы и без того знаем, что именно тебе приснилось."

"«Еще бы, мы все там были», – дрожит у него на кончике языка, но так и не срывается с губ. В четырнадцать лет он уже достаточно умен, чтобы знать: не всякая правда на пользу. «Положено – сыграно», как говорят они, когда играют в джин рамми или канасту, и кто-то, как последний кретин, очертя голову сбрасывает карты.

Если он выскажется вслух, значит, придется с этим жить. Если же нет… Может, все само собой уладится.

– Не думаю, что сон твой, – качает головой Пит. – По-моему, это сон Даддитса, и мы все…

– Насрать, что ты думаешь! – взрывается Джоунси, так грубо, что остальные теряются. – Это был сон, я намереваюсь выбросить его из головы. Мы все должны выбросить его из головы, верно, Генри?

Генри поспешно кивает.

– Пойдем в дом, – предлагает Пит. – Ноги заме…

– Вот что, – говорит Генри, и все трое нервно смотрят на него. Потому что в тех случаях, когда нужен лидер, Генри берет эту роль на себя.

И если вам это не нравится, неприязненно думает он, действуйте сами, посмотрим, как справитесь. Это вам не хухры-мухры, уж можете поверить.

– Что? – Бив хочет сказать: «что еще?»

– Когда поедем к Госслину, нужно позвонить Дадсу. На случай, если он расстроился.

Ему никто не отвечает. Все потрясены идеей звонка слабоумному другу. Генри спохватывается, что Даддитсу, вероятно, ни разу в жизни никто не звонил. Это будет первый.

– А что… похоже, он прав, – соглашается Пит и немедленно захлопывает ладонью рот, словно сказал что-то недозволенное.

Бивер, почти голый, если не считать идиотских трусов и совершенно непристойной куртки, трясется в ознобе. Шарик леденца торчит на конце изжеванной палочки.

– Когда-нибудь эта штука застрянет у тебя в глотке, – бурчит Генри.

– Вот и ма то же говорит. Пошли? Я совсем заледенел.

Они направляются к дому, где ровно через двадцать три года закончится их дружба.

– Как, по-вашему, Ричи Гренадо в самом деле мертв? – спрашивает Бивер.

– Не знаю и знать не хочу, – говорит Джоунси и оборачивается к Генри: – Ладно, позвоним Даддитсу.

У меня есть свой номер. Так что расходы – за мой счет.

– Свой телефон? – завидует Пит. – Ну и везет же некоторым! Твои предки бессовестно тебе потакают, Гэри.

Самый верный способ достать Джоунси. Обычно при упоминании своего имени он мгновенно лезет в бутылку, но не сегодня. Не до того.

– Во-первых, это на день рождения, и во-вторых, мне приходится платить за междугородные звонки из карманных денег, так что не возникай. И потом, ничего не было, ничего не было, усекли?

И они все кивают. Ничего не было.