Мертвый сезон в раю

Припухшие от поцелуев губы, горящий взгляд, тяжелое дыхание и руки, все еще находящиеся на ее спине, причем как-то сами собой пробравшиеся под рубашку — кожей к коже.

Они так и замерли у приоткрытой двери. Не разрывая объятий. Глаза в глаза.

Она видела, как он пытается мыслить трезво, и ей ужасно льстило, что получается это у него из рук вон плохо. Тем не менее Тэйт уже продемонстрировал, что умеет вовремя останавливаться, там, на берегу, несколько ночей назад. Но на сей раз Эль была не намерена позволить ему пойти на попятный.

Привстав на носочки, она обняла его крепче и прошептала на ухо:

— Я хочу, чтобы ты зашел.

Вот так, прямо, без возможности расценить ее приглашение «в гости» как-то двояко. Ночью уж точно не зовут в личную комнату на чай или кофе. Тем более после подобной прелюдии. Тем более у нее даже нет в комнате чайника… Он же не дурак, в самом-то деле?

Дураком Тэйт не был. Как и эгоистичным мерзавцем.

— Эль, я знаю, что у тебя еще никого не было, и… — его голос прозвучал хрипло.

И Элинор сперва удивленно моргнула, а потом поняла, что снова забыла: он все-таки белый маг, хоть и почти бывший. Чертова девственность, вокруг которой только и разговоров все последние дни.

Она качнула головой, не дав ему договорить. Потом поймала его взгляд и твердо посмотрела в ответ.

— Теперь будет, — сказала уверенно.

Эль действительно не сомневалась. Целомудрие до брака давно не считалось обязательным даже в среде высших аристократов. Не болтай о своей личной жизни во всеуслышание, и будет тебе счастье — вот политика современности. А болтать Элинор уж точно не собиралась.

Она не ждала от него романтики, признаний в любви или каких-то обещаний на будущее.

Эль помнила, что скоро уедет и, вероятно, они даже никогда больше не встретятся. Но ей хотелось запомнить это первое чувство, желание по-настоящему быть с кем-то, и уже сейчас она знала наверняка, что не будет жалеть.

Грегори чуть прищурился, глядя на нее.

А она, лукаво улыбнувшись, вздернула бровь, без слов спрашивая: идешь или нет?

Эль Викандер не трусиха и редко сожалеет о принятых решениях, но и упрашивать она точно не станет.

Упрашивать не пришлось.

Видимо, наконец придушив на корню голос разума в своей голове, Тэйт снова ее поцеловал.

И в этом поцелуе не было даже намека на прощание — скорее обещание, что это только начало.

А потом Грегори вдруг подхватил ее под бедра, отрывая от пола, отчего Элинор пискнула от неожиданности, крепко вцепившись ему в плечи, но и не думая протестовать.

— Сама напросилась, — произнес он уже куда-то в область ее солнечного сплетения и уверенно переступил порог чужой спальни…

Чтобы захлопнуть дверь уже изнутри.

Глава 19

Утро встретило не палящим солнцем, а мягким светом, пробивающимся сквозь плотно прикрытые шторы.