Мертвый сезон в раю

— Не больно-то и хотелось, — огрызнулась Эль, разжав хватку и демонстративно отряхнув ладони, будто прикоснулась к чему-то мерзкому.

Светлая, широко распахнув глаза, попятилась от нее, усиленно делая вид, что не понимает, за что на нее взъелись.

— Что случилось? Я чем-то тебя обидела? — Губки сложились в растерянный бантик, а ресницы захлопали — мырг, мырг.

Желание ударить соседку стало почти нестерпимым.

— Это дядя тебе рассказал, кто я такая? — задала Элинор вопрос в лоб.

И снова — мырг, мырг.

— Ты… — проблеяла Лоуфорд, на всякий случай увеличив между ними расстояние еще немного.

Боги, дайте ей сил.

Эль тяжело выдохнула и, уперев руки в бока, запрокинула лицо к потолку.

Вдох-выдох. Не убивать. Дышать. Все выяснить.

Спокойно…

— Значит так, — решила Элинор, вновь посмотрев на «ничего не понимающую» светлую. — Если ты прямо сейчас мне все не рассказываешь, я иду туда, — указала подбородком на стол за спиной Инессы, — беру перо и бумагу и пишу. Угадай кому?

Ответом ей был еще один «мырг».

Ладно, как знает. Если она думает, что Эль блефует, то сильно ошибается.

«Никогда не угрожай тем, чего не сделаешь», — всегда учил отец. И она не собиралась идти на попятный.

Молча обойдя соседку, Элинор и правда подошла к столу, вытащила перо из подставки и положила перед собой чистый лист.

«Папа, привет. Вынуждена сообщить, что Д. Вэйд, которому ты доверил руководство Гильдией магов в Приме»… — написала размашисто. Дальше не успела — подошедшая ближе и заглянувшая ей через плечо Инесса нервно выхватила листок и смяла в кулаке.

— Не надо!

Вот, значит, как мы заговорили. Дошло наконец.

— Еще раз, — холодно приказала Эль. — Откуда ты знаешь, кто я такая? Твой дядя поделился с тобой тем, о чем никто не должен был узнать?

Это же немыслимо. Это преступление, если угодно. Лорд Викандер — правая рука короля во всем, что касается магии. А через нее, Элинор, его можно шантажировать, попытаться влиять на его решения, что уже на грани измены короне.

Видят боги, Эль была о Вэйде более высокого мнения. Даже если она в своем возрасте понимала такие очевидные вещи, то человек вдвое старше нее, да еще и занимающий столь высокую должность, не может не оценить риски своей словесной несдержанности.

Инни, все еще медля, покусала губу.

— Дядя? — Элинор уже в прямом смысле рычала, и ей было плевать, как это выглядит со стороны.

— Да нет же! — всхлипнула, испугавшись, соседка и на всякий случай отбежала на другой конец комнаты. — Я… я сама…

Убежала? Как бы не так. Эль негордая, может и подойти.

— Что «сама»? — Сделала шаг навстречу.

— Сама. Сама, ясно?! — кажется, и правда не на шутку струхнув, уже чуть не взвыла светлая.