Мертвый сезон в раю

Это понятно?

Элинор торопливо закивала, пока он не передумал.

— Хорошо, — кивнул в ответ отец. И если она обрадовалась и расслабилась, то он, напротив, стал еще более собран и напряжен. — Я уточню, где требуются в помощь черные маги, и дам тебе ответ к вечеру.

Где заодно найдутся няньки, которые смогут за ней присматривать и ненавязчиво контролировать, это он хотел сказать?

Однако не в положении Эль было спорить. Отпускает — уже победа.

Лорд Викандер усмехнулся, глядя в ее разрумянившееся от предвкушения лицо.

— Иди уже домой, у меня много работы. — Кивнул на кипу бумаг на столешнице у своего локтя. Стопка и правда выглядела внушительно.

На сей раз Элинор не заставила себя долго ждать и, вскочив со стула, быстро обежала стол, чтобы крепко обнять повернувшегося к ней отца.

— Папочка, ты самый лучший!

Он усмехнулся.

— А ты — подлиза.

Она довольно улыбнулась и обняла его крепче.

Глава 9

Прим, южное побережье Реонерии

Крылатая фея плавно подлетела к широко распахнутому бутону цветка и опустилась прямо в его ярко-желтую сердцевину. А может, и не фея… В розово-фиолетовой дымке было не разобрать. Длинный острый нос и пушок, сплошь покрывающий обнаженное тельце, больше подошли бы птице. Или не пушок… Перья? Да, этакий гибрид феи из сказки и мелкой птахи с длинным хоботком.

В ответ на эти мысли нос-клюв как по команде удлинился, а его острый кончик загнулся вниз. Точно — хоботок.

Тем временем дымка вокруг пернатого создания на цветке стала плотнее и приобрела сизый отлив, окончательно уйдя от нежно-розового. Еще немного — и посерела. Теперь это, без всякого сомнения, был обычный дым.

В нос ударил запах гари. Послышался треск огня, и цветочное поле потонуло в пламени.

Крылья феи-птицы оплавились практически мгновенно и опали на тлеющую спинку безжизненными обрезками черной ткани.

А еще через миг дым сгустился настолько, что полностью перекрыл обзор.

Треск пламени, запах гари и горелой плоти, крики боли и ужаса.

Постойте, почему фея кричит мужским голосом?..

Эта мысль была последней связной, а потом все смешалось перед глазами и в разуме. Только жар пламени, грохот бьющегося где-то под горлом сердца и холодный пот, вмиг покрывший все тело, будто его окатили ледяной водой.

— Ну, все, все… — чужой голос ворвался в сознание вместе с ощущением прикосновения прохладных пальцев к вискам. — Грегори, вы меня слышите? Вы больше не там, возвращайтесь.

Легко сказать — возвращайтесь. Сколько раз ему это говорили: родственники, друзья, коллеги и просто неравнодушные посторонние, любящие совать свои носы туда, где им уж точно не место. Забудь, живи полной жизнью, вернись…"

"Грег закашлялся от несуществующего в реальности дыма и все-таки, сделав над собой усилие, открыл глаза.