Мой любимый тренер

— Сейчас скажу, — с этими словами исчезает в квартире.

Стою жду, очень уж интересно, чем закончится этот цирк. Островский тоже ждет, с надеждой поглядывает на дверь.

Инга очень скоро появляется и держит в руках… сковородку!

— А ну, иди сюда, гад такой! — кричит она на бывшего мужа.

Тот пятится к лестнице, держит цветы на изготовке, будто собрался ими защищаться, и пищит:

— Эй, ты чего? Совсем с катушек слетела?

Норовит сбежать, но не успевает. Инга преграждает ему дорогу и замахивается сковородкой, говорит строго:

— Быстро рассказывай Жоре, как ты вломился в мою квартиру полгода назад с вещичками! Ну?

И так уверенно говорит, будто это правда.

Наблюдаю за тем, как Островский нервно сглатывает и выдает:

— Инга, я же для нас старался! Семью нашу спасал…

— Нет никакой семьи! — шипит она. — И не было с тех пор, как ты ушел от меня к Вере! Уясни это себе уже…

Ее возмущенный вид наводит на мысль, что она все-таки не врет.

Так… Это что же получается… Ничего не пойму.

— Подождите, — выставляю вперед ладони. — Инга, объясни мне по-человечески, пока я был в Китае, ты сходилась с Островским или нет?

— Нет! — качает она головой.

— Тогда каким макаром я встретил его у тебя в квартире? У него были ключи! С женским брелоком, явно ты дала…

— Ничего я ему не давала! — пыхтит она с воинственным видом. — Он их спер, когда уходил от меня к своей любовнице с вещами. А потом забрался в мою квартиру без моего ведома, и в этот момент ты его там застукал. Вот как все было! Теперь тебе все понятно?

Нет, мне непонятно, причем совершенно.

Как можно залезть в квартиру к женщине и говорить, что у тебя с ней отношения?

Как можно всем вокруг наврать, что ты сделал ей предложение и вы скоро поженитесь, когда это и близко не так?

Как можно вообще думать, что бывшая жена к тебе вернется, когда ты унизил ее изменой и ушел к другой?

Это все не вяжется у меня в голове, и объяснить это можно только одним — у Островского, по всей видимости, поехала крыша.

Но главное я все-таки ухватил — не стала бы Инга махать перед этим тараканом сковородкой, испытывай она к нему хоть что-то, кроме ненависти.

Его готова гонять сковородкой, а вот мне принесла блины. Что называется — почувствуйте разницу.

Значит… я — ревнивый баран.

— Инга, ты все это серьезно сказала? — спрашиваю с надрывом.

Она смотрит на меня выразительно, кивает.

В этот момент внутри меня что-то ломается, трансформируется. И я больше не чувствую к ней никакой злости, обиды, все это уходит. Инга снова кажется мне самой милой, самой прекрасной женщиной на земле, и внешность тут ни при чем.

— Царица моя, — говорю внезапно охрипшим голосом. — Иди домой и жди меня, я скоро вернусь…

— Инга, не уходи! — пищит Островский.