Перри Мейсон: Дело заикающегося епископа. Дело об удачливых ножках
Перри Мейсон – король перекрестного допроса, кумир журналистов и присяжных, гений превращения судебного процесса в драматический спектакль. А за королем следует его верная свита, всегда готовая помочь, – секретарша Делла Стрит и частный детектив Пол Дрейк.Перри Мейсон почитаем так же, как Эркюль Пуаро, мисс Марпл и Ниро Вулф, поэтому неудивительно, что обаятельный адвокат стал героем фильмов и многосерийных экранизаций в разных странах.Этим летом адвокат Мейсон продолжит свои расследования в сериале от HBO.«Перри Мейсон. Дело заикающегося епископа»Заикающихся епископов не бывает – в этом Перри Мейсон абсолютно уверен. Однако на прием к знаменитому адвокату приходит именно такой человек и рассказывает о непреднамеренном убийстве, совершенном 22 года назад…«Перри Мейсон. Дело о счастливых ножках»Перри Мейсон разоблачает жулика, манипулирующего юными девушками, обещая им роль в кино. Однако мошенник убит, и адвокату предстоит столкнуться с сложным судебным делом – ведь только он способен спасти невиновных от незаслуженной кары.
– Он подошел к телефону, попросил соединить его с агентством Дрейка, нахмурился, узнав, что детектив в турецкой бане, и дал его секретарше необходимые указания: – Узнайте все, что только можно о частном детективе Питере Саксе. Он подумал, что Делла Стрит – та самая Ситон, и попытался ее убить. Пусть ваши люди незамедлительно этим займутся. – Он положил трубку. – Ладно, возвращайся в офис.
– А ты куда?
– Я подъеду в отель «Санта дель Риос», – мрачно ответил Мейсон. – Пора пообщаться с липовой внучкой Ренволда К. Браунли.
Глава 11
Мейсон сложил двадцатидолларовую купюру и сунул в ладонь телефонистки, сидевшей на коммутаторе отеля «Санта дель Риос».
– Я только прошу, чтобы вы меня с ней соединили. Потом я обо всем позабочусь сам.
– У меня четкое указание, – промурлыкала та. – Ее осаждают репортеры.
– А она избегает общения с ними.
– Да. Сокрушена горем.
– Да, конечно, сокрушена. Она унаследовала несколько миллионов и вот-вот их получит?
– Вы – репортер? – спросила телефонистка. Мейсон покачал головой. – Тогда кто?
– Для вас – Санта Клаус.
Она вздохнула, и двадцатидолларовая купюра исчезла.
– Если я кивну, пройдите во вторую кабинку. Я вас соединю. Это все, что я могу сделать.
– Это все, что от вас требуется, – заверил ее Мейсон. – Где она поселилась?
– В люксе А на втором этаже.
– Понял, – кивнул Мейсон и отошел от стола. Проворные пальчики телефонистки забегали по коммуникационному щитку. Время от времени она что-то говорила в микрофон, закрепленный в нескольких дюймах от ее рта. Потом внезапно повернулась к Мейсону и кивнула. Адвокат вошел в кабинку и снял трубку.
– Алло.
– Да, – ответил бархатный женский голос.
– Я – мистер Мейсон. Я звоню из вашего отеля и думаю, нам нужно обсудить с вами меры, необходимые для того, чтобы не подпускать к вам репортеров. Их тут множество. Им приказано взять у вас интервью, и, боюсь, только наше тесное сотрудничество поможет не допустить этого.
– Конечно, мистер Мейсон. Я ценю ваше участие.
– Могу я сейчас подняться к вам?"
"– Да. Подойдите к двери с табличной двести девять и постучитесь. Я вас впущу. Не подходите к двери люкса А. Я думаю, репортеры наблюдают за ней.
Мейсон поблагодарил, повесил трубку, поднялся на лифте на второй этаж и постучал в дверь с табличкой двести девять. Ему открыла красивая молодая женщина в элегантном зеленом пижамном костюме. Она одарила его соблазнительной улыбкой и закрыла за ним дверь. Через две ванные комнаты и три обычных номера провела в угловой люкс в конце крыла, где роскошная мебель и мягкие ковры создавали атмосферу дворца.
Она указала на стул.
– Как насчет сигареты и виски с содовой?
– Благодарю, – ответил Мейсон.











