Невольник силы

Едва Вадим Александрович успел разбудить и предупредить Мишку, едва успел засунуть ноги в чуть-чуть маловатые ему валенки, когда послышался шум автомобильного двигателя. А скоро стало понятно, что это даже не один двигатель, а два. Два «уазика» вскоре выехали из-за крайних нежилых домов деревни.

– По мою душу, – сам себе сказал Призрак, посмотрел в тусклое, тысячу лет не чищенное зеркало и скривил такую физиономию, что сам готов был расхохотаться. Получилось эффектно, и на полковника Раздольева это должно было произвести впечатление.

Вадим Александрович водрузился прямо в валенках на Вовкину грязную кровать, положив ноги на спинку, и накрыл себе голову подушкой…

Двигатели стихли неподалеку от двора. Какое-то время продолжался разговор с бывшим десантником, потом со скрипом раскрылась дверь в дом, но шагов входящего слышно не было. Вообще не было ощущения, что кто-то вошел в дом, хотя сам Призрак хорошо умел ощущать движение человека, находящегося рядом, даже не следя за ним глазами. И только половица вскоре скрипнула, но скрипнула совсем не с той стороны, как сразу определил Варягов. Звук шел со стороны окна, словно кто-то с подоконника спрыгнул. Однако, чтобы спрыгнуть с подоконника, на него следует сначала взобраться. А какая была надобность у кого-то забираться на подоконник, если в комнате нет человека, которого ищут?

Но Варягов, просчитав ситуацию, сообразив все, взял время на раздумья, выдавив из себя все же хриплую фразу:

– Самогонку принес?.. – И протянул руку, так и не вытащив голову из-под подушки.

– Может, коньячку, Вадим Александрович? – сказал гибкий и властный, но все же не враждебный голос от двери. Может быть, голос даже намеренно доброжелательный. – У меня фляжка с собой. И даже не дерьмовый французский, который к нам в магазины из Польши и из Прибалтики возят, а настоящий грузинский «Греми»… И даже не халтурный, гарантирую. Друзья из самой Грузии привозят. Спецзаказ…

– Ну, «Греми» так «Греми»… Марочный хоть или одинарный, Анатолий Ильич? – спросил Вадим Александрович уже своим нормальным голосом, понимая, что дальше играть в прежнюю игру бесполезно и пора менять тактику.

– Вы меня знаете? – спросил полковник Раздольев с легким удивлением.

Варягов снял с лица подушку и сел, добродушно улыбаясь с чувством осознания ситуации."

"– Иногда приходится с кем-то заочно знакомиться, как и вам со мной…

– Что же, рад этому обстоятельству. Коньяк марочный… Так как, вам налить?

– Нет… После местной самогонки, которую я во множестве нюхал, любой аромат пропадет даром… А такому аромату, как у «Греми», пропадать нельзя…

Варягов бросил взгляд на окно. На подоконнике сидел офицер в кевларовой каске, в бронежилете и с автоматом.