Невинная. В уплату долга

В ручку двери так сильно вцепилась, что на той, наверное, вмятина останется. Не шевелиться. Ресницами только своими длинными лопает. Губы поджала.

– Пристегнись.

Достаю пачку сигарет и только прикурив вспоминаю, что дым –  хреново для ребенка. Выкидываю сигарету в окно видя, что Илана так и сидит, как истукан, не пристегнута. Чертыхаюсь, и сам тянусь к ее ремню безопасности.

Как только оказываюсь близко к Озеровой, в нос сразу ударяет ее цветочный запах. Приятный, едва уловимый и теплый. Такой манящий, что у меня, взрослого мужика, за секунду встает на эту девчонку с глазами невинными. Проклятье. Отгоняю от себя эти мысли подальше, быстро сфокусировавшись на ремне, и с легкостью его защелкнув.

Сама же птичка почему-то бледная стает и глаза закрывает. Завожу мотор. Веселой, чую, будет поездка.

Выезжаем со двора. Нас страхует еще две машины вооруженной до зубов охраны, но Илане знать об этом не обязательно. Меня могут пасти, в том числе ее папаша, и я должен быть готов. Отдавать девчонку со своим ребенком этой суке я не намерен. Только когда родит, пусть забирает ее обратно.

До клиники ехать добрых полчаса. Хоть она мне и принадлежит, записываться заранее все равно пришлось.

Едем молча, дыхание только слышу ее. Частое, прерывистое. Если бы двери не были заблокированы, уверен, Илана бы выпрыгнула из машины. Прямо на ходу.

Птичка вперилась в окно, а я стараюсь смотреть куда угодно, только не на ее острые коленки в колготках, выглядывающие из под юбки. Я отлично помню, какого быть между ее ног. До одури приятно.

На улице прохладно, однако в салоне мне быстро становится жарко. Вырубаю печку, но тут же вижу, как Илана сильнее закутывается в куртку. Мерзнет. Холодно ей.

Включаю печку снова. Жарко. Плавлюсь просто, спина тут же прилипает к креслу, но терплю. Не хочу, чтобы птичка снова заваливалась без сознания. Одного раза после подвала мне хватило этого зрелища с головой.

В какой-то момент замечаю, что Илана начинает как-то тяжело дышать. Мы едем без музыки, и я отлично это слышу. Поворачиваю голову в ее сторону, и вижу, что птичка уже прямо зеленая вся сидит, но даже не думает первой обращаться ко мне. Сжимаю руль сильнее. Упрямая.

– Что такое, тебя тошнит? Укачало?

Кивает. Отворачивается от меня. Руку свою бледную к губам пухлым прикладывает.

Притормаживаю, быстро съезжая на обочину.

– Выйди, если хочешь.

Девчонка бросает на меня быстрый взгляд, и тут же вылетает из машины. Ее сгибает пополам сразу же, как только на земле оказывается.

Откидываюсь на сиденье. Черт. Ну почему я тогда не предохранялся? Сейчас бы не возился с ней.

Слышу кашель и хриплые всхлипы. Неужели ревет опять?

Достаю из бардачка небольшую бутылку воды. Выхожу из машины и подхожу к Илане, которая согнулась в три погибели, и обхватила живот руками.