Новые райские кущи

 — Мы хоть в своих мошенников угодили, а ты вон что вытворяешь!

— Так, хватит! — прогрохотав приказом, остановила их спор Мария Егоровна. — Грызетесь, как глупые шавки! Противно на вас смотреть! Обе хороши! — попеняла она притихшим под ее напором женщинам. — Одна любовника имеет уж сколько лет, при таком-то муже, который ей ни в чем никогда не отказывал. Каталась по миру, куда и когда хотела, жила как сыр в масле, ручек наманикюренных ничем не замарав. Свекровь упрекаешь, что она свои порядки тут поддерживает, а сама лентяйка первосортная, ни хрена никогда не делала, ни за что не отвечала, ничего не умеет, стол правильно сервировать — и то не знает как! Где белье постельное в доме лежит и сколько стоит вести все это хозяйство, понятия не имеет.

Тебя же бо́льшую часть года вообще дома нет, ты же путешествовать с любовником изволишь. Принцесска недоделанная, фи она свое нам тут высказывать будет! Выступила она, видишь ли, с претензией, а сама ничем, кроме себя, и не занята. Толку от тебя в жизни — ноль! И ты, Глашка хороша! Дура, прости господи! Тетешкаешься со своим Ленечкой, как с дитем малолетним, все ему спускаешь, позволяешь… Сколько из-за него уже натерпелась-то? С дочерью на всю жизнь разругалась! И туда же! Попрекать, указывать да норов тут свой дурной показывать всем! Надеюсь, Павлу хватило ума не дать вам денег? — спросила она строго.

— Нет, конечно, — вместо Глафиры, раздраженно дернув плечиком, ответила Евгения, покраснев от полученного морального отлупа свояченицы.

 — Павел сказал, что чужих долгов не платит, тем более таких.

— А вот вам и мотив! — хлопнув в ладоши, радостно хохотнул уже порядком поднабравшийся Алексей Антонович. — Ха! Да всем известно, что Глашка за своего упыренка кого хочешь убьет. Пойдет на любое преступление, как та буржуазия за триста процентов дохода! А тут ее ненаглядного Ленечку мошенники за причиндалы прихватили, а братец помогать-выручать отказался. Так и грабанем его, раскулачим, раз сам не дает!

— Алексей! — одернула его мать и потребовала у сидевшей рядом с ним Марии: — Маша, забери у него выпивку.

Хватит уже, и так набрался."

"— А что, маман, я правду сказал, — не сдавался Алексей. — Все знают, что Глашка на муже повернута. Он ее «краш», как нынче молодежь это называет. Ленька-то что… так, пустой пузырь, ни на что не способный. А вот Глашуня наша стены протаранит ради него. Могла запросто сокровища тырануть.

— Да иди ты на хрен! — взвилась от возмущения Глафира.