Секретные люди

В частности, оказалось, что император Вильгельм, приезжая на охоту в свое приграничное имение, приглашал Мясоедова, тогда начальника жандармского пункта на станции Вержболово, к себе пострелять дичь. Человека, объявленного в прессе главным резидентом германской разведки в России… То есть кайзер своими руками публично дискредитировал предателя! Это как если бы Лыков-Нефедьев назначил встречу с особо ценным секретным агентом на Дворцовой площади Петербурга… Вспоминался анекдот, когда к стоящему на посту часовому подошел прохожий и начал расспрашивать, что тот караулит.

И простодушный парубок ему сообщил: винтовки с патронами. Тогда любопытный зевака в шутку сказал: «А почему ты мне это выдал? Вдруг я шпион?» И часовой немедленно всадил в него пулю со словами «Ты гляди, какая сволочь!». Видимо, Бонч с Батюшиным полагали, что умственное развитие россиян было на уровне того часового.

Молодого разведчика вскоре заметил и выделил сам командарм–5 генерал от кавалерии фон Плеве. Случилось это при драматических обстоятельствах. В первых числах августа куда-то пропал германский гвардейский резервный корпус.

Отличное войско, дублер знаменитой потсдамской гвардии! Где он стоит, там жди наступления. И такое важное соединение в тридцать тысяч штыков в одночасье исчезло из всех сводок.

Генерал Рузский, который быстро начинал нервничать, дал приказ отыскать гвардейцев. Агенты-ходоки направились во вражеский тыл, но почти никто из них не вернулся назад. Возвратились только двое, но оба развели руками: корпус как в воду канул. Нервность комфронта передалась его подчиненным и докатилась до подполковника Ирилиуса.

Тот весь извелся и приказал Павлу послать за сторожовку всех агентов, включая неподготовленных. Спасая свою школу, штабс-капитан вызвался лично проникнуть в ближние порядки противника и обследовать их. Дмитрий Рафаилович неожиданно легко согласился. Хотя понимал, что попасть туда его подчиненный может, только надев вражеский мундир. И если его там схватят, по всем законам штабс-капитана ждет виселица."

"Последняя вылазка к Фридриху Гезе многому научила разведчика. И он решил рискнуть. Из его девяти ходоков, с таким трудом подготовленных, не вернулся назад никто.

А теперь начальство готово было бессмысленно погубить еще двадцать душ, лишь бы продемонстрировать наверху свою исполнительность!

Отчаянный человек подобрал себе мундир лейтенанта гвардии, а документы забрал у Вильгельма Матеуса, офицера 1-го гвардейского пулеметного батальона. Матеус попал в плен в начале Варшавско-Ивангородской операции. Его не оправляли в лагерь потому, что залечивали немцу простреленную ногу. Павел трижды беседовал с пленным пулеметчиком.