Секретные люди
Рождественский Петроград. За роскошным ужином в модном ресторане сыщики Лыков и Азвестопуло обращают внимание на двух подозрительных типов, сидящих неподалеку. Один из них – молодой, по виду фартовый с явно уголовными манерами. Второй бритый, щеки аж лоснятся – без сомнения, немец. Сыщиков хоть и развезло маленько, но все же они решают проследить за подозрительными субъектами.Однако блатной и немец ловко растворяются в сырой питерской ночи. Их следы приводят сыщиков в гостиницу «Митава», где коридорный не раз видел парочку в отдельном номере. Вот и прекрасно! Сейчас криминалисты идентифицируют уголовного по пальчикам и узнают его имя в регистрационном бюро Департамента полиции.Результаты экспертизы оказались просто ошеломительными… В гостиничном номере нашли лишь отпечатки немца Веделе. Других не было. Точнее, были, но без папиллярных линий. И как же идентифицировать следы, которых нет?
Мало ли у нас полустанков.
– Завтра утром бери их в охапку и неси на Знаменскую. Пусть ребята начинают искать Веделе. А мы примемся за Пашку Бравого.
На Знаменской набережной размещалось контрразведывательное отделение штаба Петроградского военного округа.
Сыщики надели пальто и отправились по домам. Расставаясь, Лыков сказал помощнику:
– Дело дрянь. Фартовые сговорились со шпионами. Мне надо встретиться с Рудайтисом.
Илларион Рудайтис, он же в прошлом налетчик Ларька Шишок, а сейчас успешный промышленник Вырапаев, был главой преступного мира Петрограда. Тем, кто в среде блатных называется «иван иваныч».
Как всегда, для того чтобы договориться о встрече с «иван иванычем», Лыков телефонировал его адвокату Аванесяну:
– Сурен Оганесович, мне нужен ваш набольший. Срочно!
– Господин Вырапаев сейчас в Москве.
– Когда он вернется?
– Завтра ночью.
– Передайте ему мою просьбу, хорошо? Буду ждать вашего звонка.
Лыков разъединил телефонную связь с присяжным поверенным и спросил жену:
– Авдотья уже ушла?
– А ты как думал? – возмутилась Ольга Дмитриевна. – Одиннадцатый час ночи. Вы там совсем сдурели, скоро дорогу домой забудете.
– Тогда сойди за кухарку, разогрей мне чего-нибудь поесть.
– Я подам тебе на кухне, ладно?
– Угу.
Статский советник вымыл руки и пошел в столовую за английской горькой водкой. Отнес ее в кабинет, пряча от жены, там ухнул большую рюмку и устало развалился в кресле.
Много лет назад Алексей Николаевич уже сталкивался с подобным. На Сахалине японцы вербовали русских каторжников, устраивали им побеги, обучали шпионским приемам и возвращали в Россию с поддельными документами. Они создали целую разведывательную сеть из уголовных[15]. Еле удалось тогда ликвидировать эту агентурную организацию, и то не до конца. Теперь вот германцы, возможно, пошли по такому пути.
Ответ на этот вопрос Лыков получил через сорок восемь часов.
Сорокоум выслушал гостя с непроницаемым лицом, посмотрел зачем-то в окно и уточнил:
– Шнуры с узлами чьи были, Пашки или того германца?
– Мы нашли в номере у Веделе. Но Пашка мог их туда принести.
– Он и принес.

















