Опьяненный любовью

Но не сомневаюсь, что со временем герцог уменьшит финансовую поддержку, причем заметно. Не исключено даже, что когда-нибудь мы сможем выплачивать ему ренту и тем самым пополнять его бюджет.

Пен уже собралась наклониться вперед, но вовремя одумалась и отодвинулась от Гарри.

Самое главное, чтобы Гарри уяснил всю серьезность их положения.

– Не представляю, что с нами будет, если герцог выставит нас из поместья. Нам вообще некуда пойти.

Внезапно страхи, давние, полузабытые, которые она не чувствовала со дня смерти тети Маргарет, вернулись.

Пен вдруг ощутила успокаивающее тепло – это Гарри взял ее холодные как лед руки в свои большие и теплые ладони.

– Не тревожься, Пен. Все будет хорошо.

Она вздохнула. Ей так хотелось верить ему.

– Герцог – хороший человек. Он вдовец, живет с сыном. И поддержка несчастных женщин и их детей для него не пустой звук.

Пен посерьезнела.

– Почему же он в таком случае заморозил наши фонды и прислал тебя сюда?

– Ему хочется в точности выяснить, что он финансирует. По расходным книгам понять это невозможно. – Гарри пожал плечами. – У нас возникло подозрение, что старый герцог или, возможно, его сын укрывают здесь незаконнорожденного ребенка.

– О! – Пен залилась краской и убрала руки. – А ты вместо этого обнаружил здесь собственного незаконнорожденного ребенка.

Гарри нахмурился.

– Именно так, Пен. Ты…

Она перебила его:

– У нас с Гарриет все в порядке. И будет в порядке, если ты сможешь убедить герцога сохранить финансовую поддержку нашего приюта.

Гарри взглянул на нее так, словно собрался возразить, но передумал и отхлебнул бренди, а потом протянул стакан ей.

«А почему бы и нет, черт побери?»

– Если и дальше пойдет такими темпами, у тебя бренди не хватит.

Гарри пожал плечами.

– Хватит. У меня его много.

И еще: ему придется нести ее домой на руках. Но до этого далеко. Ей пока что бренди в голову не ударило.

Пен заметила, что Гарри пристально смотрит, как она слизывает капельку бренди с верхней губы. Вдруг Пен стало жарко.

«Самое время затронуть тему замены викария. Пока я не наделала глупостей».

Но первым заговорил Гарри:

– Ты прекрасно воспитала Гарриет, Пен. Я с огромным удовольствием провел с ней эти часы. – Он улыбнулся. – Даже несмотря на всех тех зверюшек, с которыми мне пришлось познакомиться.

О!.. Анонимный священник ушел на дальний план от теплоты и искренности Гарри. Пен просияла. Никто еще так хорошо не отзывался о ее дочери.

Она улыбнулась – Гарри улыбнулся в ответ.

– Да, она такая.

Он сделал еще глоток бренди и протянул к ней руку.

– Мне так жаль, что меня не было, когда она родилась. Пен, хоть она и росла без меня, но я так счастлив, что нашел ее. – Гарри медленно провел пальцем по тыльной стороне ее руки.