Осман. Его маленькая слабость
— Ты все подстроила, да? Даже ребенка своего использовала, чтобы я тебе поверил?— Осман, что ты такое говоришь? — чуть не плачу, когда вижу в его глазах неприкрытую ярость. — Я ничего не делала…— Я повелся на твое вранье, Полина, чуть не разрушил свою семью. Теперь ты навсегда уйдешь из моей жизни, но сначала…— Сначала? — лепечу я испуганно, чувствуя как пересохло во рту.— Я сделаю тест ДНК. И если это моя дочь — ты больше никогда ее не увидишь…Я всегда его любила, а он пользовался этим и вычеркнул меня из жизни ради денег. Женился на другой и верит тому, что не может иметь детей, но у меня на руках живое доказательство обратного.Наша маленькая дочь.
"
"Привычка у меня такая, еще от мамы осталась. Кажется, что так надежнее, что вор в случае чего не догадается, не найдет…
— Впусти, придурок! — из мыслей меня вырывает недовольный голос Васьки.
Сердце отчего-то уходит в пятки. Неужели поцапались с Багрянцевым? Васька у меня тоже фрукт с характером, может наговорить всего, а оно мне надо?..
— Что здесь происходит? — восклицаю я, почти бегом добежав до коридора.
— Ничего. Кто-то назвал неправильный пароль… — Артём премило улыбается и убирает руку от двери, которая тут же открывается, пропуская вперед мою сестренку.
Ну как пропуская… Васька залетает в коридор и шмякается прямо под ноги Багрянцеву, который задыхается от беззвучного смеха.
Еще бы, эпичный полет, достойный лучших каскадерских трюков начинающих артистов!
— Вот ты дебил! — выплевывает она, резво поднявшись на ноги, а я не успеваю шикнуть на нее — Каришка заходится плачем.
— На, твоя сдача, жду завтра в это же время.
Буквально выдворяю Багрянцева за порог, сунув ему в ладонь деньги, и бегу поскорее к дочери.
Нет, может, все-таки отказаться, а? Что-то совсем этот сын директрисы отбитый…
Но мысли об отказе сдувает словно ветром, едва я с Каришкой на руках выхожу к Ваське.
Та сидит за столом на кухне и заходится беззвучным плачем.
— Вась, господи, что случилось?! — в два счета оказываюсь возле нее.
— Прости меня, Поля. Я… меня кажется… из школы выгнали…
* * *— Что ты такое говоришь, Вась?
— Агу-гуф! — повторяет за мной Карина, когда я сажусь прямо на пол перед Васькой.
Та громко всхлипывает и теперь уже плачет в обычном режиме — крупные слезинки стекают по ее бледным щекам.
Только сейчас замечаю, что она вся какая-то неестественно бледная. Что-то в последнее время столько всего навалилось, что я, хоть и не специально, но все же, немного подзабила на свою младшую сестру.
— Родная моя, — мягко провожу по ее спине, стараясь держать малышку на приличном расстоянии — та так и норовит вцепиться в кудри своей тети. — Расскажи мне все.
— Это все из-за биологички! Она спецом мои задания не смотрела, сказала, что тетради моей никогда в глаза не видела, а я… я всегда все сдавала вовремя-я-я…
Слышу это и сразу хочется выругаться, потому что по-другому просто не передать моего негодования!
— Я когда пошла разбираться, не выдержала и накричала на нее. Я, правда, не хотела, она меня вывела из себя.
— Вася, Вася, — качаю я головой, прекрасно понимая свою сестру.
Характер взрывной мы от отца унаследовали, я в подростковом возрасте была ходячим ураганом «Катрина» — чуть кто обидит, получал по заслугам в двойном объёме.
Василиса у меня поспокойнее будет, но если ее довести, тоже молчать не станет.
А эта грымза по биологии, я более чем уверена, довела ее.

















