Отец поневоле (СИ)
— Ты скрыла от меня ребенка! — он безжалостно бьет словами. — А теперь хочешь снова спрятать его от меня? — Я не могла поступить иначе, и не стану… — Нет, Полина. Ты могла прийти ко мне и рассказать правду. — Серьезно? И ты бы поверил мне? После всего? Да ты выгнал меня на улицу, не став даже слушать, когда увидел те фото! Мне больно от воспоминаний. Я же и правда не предавала мужа. А он не услышал, не поверил. Просто закрыл передо мной двери, забыв о клятвах, которые давал. — Ты знала, как я мечтал о сыне, и утаила его. Думаешь, теперь я войду в твое положение? — Пожалуйста, Назар. Это ведь и мой ребенок тоже… 16+
— Да, я поняла, — тут же спохватывается она. — В общении с детками я всегда придерживаюсь самого главного правила — во всем должна быть естественность.
Она смотрит на меня так, будто тут же должен понять и оценить, но я как-то не въезжаю.
— А подробнее?
— Это значит, что ребенок должен развиваться так, как ему комфортно. И в его собственном темпе.
— Но ведь есть всякие развивающие упражнения, зарядки для пальчиков…
Да-да, пока сидел на мамских форумах я много чего понахватался. Правда, в итоге вся информация слилась в единый белый шум, из которого я мог выдернуть какие-то отдельные понятия и фразы.
— Назар Леонидович, — с укоризной смотрит Лариса. — Неужели ваша цель — сломать своего малыша?
— Эээ… Нет, конечно, — смущаюсь на ее упрек.
— Тогда к чему эти модные тенденции? Наши мамы отлично нас воспитывали и без всех этих придумок. Покормили, переодели и в кроватку уложили. И, конечно же, погуляли. Больше ребенку в этом возрасте ничего не нужно.
Она рассуждает очень уверенно, и, наверное, я бы даже купился. Вот только за прошедшие сутки я понял одно — Платоша мальчик любознательный. И просто молча лежать смотреть в потолок в ожидании следующего кормления он не станет.
— Что ж, я вас понял, — вежливо улыбаюсь, и уже собираюсь попрощаться, как Лариса подскакивает на ноги и, обойдя стол, наклоняется ко мне.
— Давайте его мне, — предлагает она. Я обалдело смотрю на нее, интуитивно прижимая пацана к себе ближе. — Попробуем наладить контакт, — поясняет девушка и начинает сюсюкать перед Платоном. А тот… начинает рыдать. Причем как-то особенно горько и с надрывом. Еще и цепляется за мою руку.
— Ну же, малыш, я тебя не обижу, — продолжает Лариса, а я не выдерживаю.
— Хватит! — рявкаю на нее. — Отойдите, вы разве не видите, что ребенок напуган.
К счастью, Ларисе хватает ума не спорить. Она сдержанно кивает и возвращается на место. Понемногу малыш успокаивается, но все равно продолжает пускать слюни мне в рубашку. И вот что интересно — мне плевать на это. Внутри странное желание защитить мелкого от этой недалекой курицы. И просто выгнать ее.
— Вам сообщат о моем решении. Спасибо, что уделили время.
Девушка, видимо, читает по моему лицу, и снова кивает и уходит, больше не сказав ни слова.
А я понимаю, что если так пойдет и дальше, то еще одну ночь я совершенно не высплюсь.
Раздается тактичный стук в дверь, и на мое “войдите” на пороге появляется Ольга. Новый стажер из бухгалтерии.
— Назар Леонидович, можно? Валерии нет на месте, и я рискнула сама… — Она мнется на пороге, держа папку, очевидно, с бумагами.
— Что там?
— Подписать вот надо…
— Давайте, — вздыхаю, перехватывая мальчишку поудобнее."
"Ольга подходит ближе и осторожно раскрывает папку передо мной.
















